- Неважно, - убрав лист в карман своих черных джинсов, отозвался охранник. - Если на нее что-то есть в клинике этого врача, мы это обязательно найдем.Шумно вздохнув, Мигель уперся взглядом в толстый ворс ковра под своими ногами.- Говори, - твердо произнес Моретти, прекрасно зная натуру своего лучшего телохранителя.- Ты хорошо всё обдумал? Тебе действительно это нужно? - посмотрев прямо в глаза сыну своего старого друга, спросил мужчина. - Это тяжелая ответственность, Рик. Проблема в том, что раз взяв кого-то под свою опеку, ты уже никогда не забудешь об этом человеке. Это, конечно, хорошая черта, но она ведь Горнели. А ты, мягко говоря, ненавидишь всех людей из этого семейства, помня, как год за годом Лукас отравлял жизнь твоего отца. Но ведь... порой за счастье нужно бороться... даже с самим собой. Готов ли ты на это?Откинувшись на спинку кресла, Рикардо на секунду прикрыл глаза. Мигель, конечно, был прав... Как всегда, прав... Но он не мог оставаться безучастным к девушке, которая по каким-то невиданным причинам стала ему отнюдь небезразлична. К тому же если не он, то кто ещё?- Я постараюсь забыть ее фамилию, - наконец раскрыв глаза, решительно произнес широкоплечий брюнет. - Она просто моя, и всё!Ничего не возразив в ответ, Мигель беззвучно направился обратно к двери. Бывший военный с идеально прямой осанкой зачастую скрывал от постороннего взгляда свой внутренний мир, но все же слегка приподнятые края тонких губ грозили вот-вот выдать его истинные эмоции.- Я займусь твоим распоряжением немедленно, - бесстрастно произнес он, после чего стремительно покинул кабинет начальника, оставляя его наедине со своими мыслями.
Резко сев посреди постели, Микелина сжала ладони в кулаки, крепко стиснув в них увлажнившуюся от пота простыню. Реальность смешалась с воображением, что отнюдь не улучшало ситуацию. До сих пор слыша собственный вопль в приснившемся кошмаре, девушка пыталась унять бешеный стук сердца, грохочущего в то и дело вздымающейся груди. Растерянно оглядев просторную комнату, она шумно вздохнула, собирая события своей жизни воедино. Робко пробирающиеся сквозь широкие занавески солнечные лучи нового дня позволили ей отчетливо разглядеть точное время стоящих на прикроватной тумбочке часах.
Она на Сицилии. В райском особняке неимоверно властного хозяина. В отведенной ей спальне посреди огромной постели. И снова одна...
Может быть, это правда? И она действительно никому не нужна? Очередная пустышка, отягощающая жизнь других людей? Ошибка, от которой хотят лишь избавиться?
Прикрыв глаза, Микелина сделала глубокий вздох, пытаясь успокоиться.
Нет. Она не позволит приснившемуся кошмару вновь утянуть ее в свои черно-серые краски. Не позволит своей душевной депрессии снова взять над ней верх. Она нужна.