Автор
В культурном центре столицы отдаляются первые громкие фразы. Сумасшедшая Москва встречает героев жестоким шармом и дьявольской привлекательностью. Здесь каждый шаг открывает новые тайны и перспективы, но опасности нависают на каждом углу.
«Шикарный лак»
Прилетает смс-ка через пару минут.
Хмыкаю и, словно сама только это заметила, опускаю взгляд на пальцы ног, разглядывая веселенькую салатовую расцветку.
«Могу подарить»
Не медлю с ответом.
«Язва, скучаю!)»
Усмехаюсь, прочитав, и подумав, набираю новое:
«Правильней будет: язва скучает!))»
Следом отсылаю смайлик с воздушным поцелуем, за ним спящий и выключаю телефон. Вечер отдыха продолжается.
Засыпаю в начале второго, так и не дождавшись финала любовной мелодрамы из восьми серий. А просыпаюсь бодрой и боевой.
В этот раз решаю не рисковать и вместо юбки надеваю брюки. На работу приезжаю без опозданий, а, закрывшись в кабинете, сразу беру лист бумаги и пишу заявление на увольнение. И, игнорируя правила, несу его не к Мамаеву, а прямиком к Мельниковой, начальнице отдела кадров, и прошу зарегистрировать.
– Вера Владимировна, но как же? Зачем? Вы хорошо подумали? У Вас же отпуск планировался через три недели? Может, повремените? – заваливает она меня кучей вопросов.
Мотаю головой:
– Не могу, простите.
Пожимаю плечом и быстро ретируюсь.
Не обязана я давать объяснений всем любопытствующим о причине своего ухода. Увольнение – мое личное дело и ничье больше. Этого должно быть достаточно.
Только успеваю вернуться к себе, как звонит Кира Георгиевна и просит заглянуть к ней. Иду без задней мысли, уверенная, что это связано со вчерашней поездкой в комитет, но ошибаюсь.
– Заходи, – кивает секретарша на кабинет генерального, – Он ждёт.
Боже, Павлова даже «Он» произносит с таким апломбом, будто Игнатова прямо в этот момент самолично коронует.
Хмыкаю.
«Зачем?» – молча приподнимаю бровь.
«Фиг знает», – также жестом отвечает она.
Выдыхаю громко и протяжно.
Пи@дец, как не хочется.
Но я – всё еще сотрудник фирмы, поэтому сжимаю кулаки и, задрав подбородок, шагаю в хоромы «царя-батюшки».
Глава 27
Зачем изобретать велосипед, если его кто-то изобрел до вас?
Вот и я решаю воспользоваться старым, добрым, давно проверенным и прекрасно себя зарекомендовавшим способом, который гласит: «Лучшая защита – нападение!»
Нет, ну а что этот старый олень хочет?
Чтобы я молча стояла, пока меня будут морально распекать и унижать, а затем еще и терпеливо сносила его поползновения?
Да хренушки ему!
С какой стати?
Как протянет свои старческие лапы, так по роже и получит!
Ух! Это я только порог перешагиваю, и генеральный мне еще ни слова не сказал, но я уже готова идти в крестовый поход.
