Автор
Ханна заключает необычную сделку с харизматичным Гаррисоном: она станет его репетитором по учёбе, а он поможет ей стать более уверенной в себе и научит искусству поцелуев. Но по мере их общения грань между игрой и реальностью стирается, и оба понимают, что их чувства становятся намного...
– Кендалл, мы с тобой ни разу не поговорили, а встречались раз десять с лета. Ты не задала мне ни единого вопроса о моем детстве, о моей семье, о моей учебе. О моих товарищах по команде, о моих интересах, черт побери. Ты даже не знаешь, какой у меня любимый цвет, а ведь именно об этом спрашивают в анкете «Давайте знакомиться 101».
– Знаю, – заявляет она.
Я вздыхаю.
– Да? И какой же?
Она секунду колеблется, потом говорит:
– Голубой.
– Между прочим, черный, – раздается чей-то голос, и рядом со мной возникает Ханна. Я испытываю такое огромное облегчение, что едва не стискиваю ее в объятиях.
– Простите, что помешала, – весело говорит она, – но… чувак, где наше пиво? Ты заблудился по пути на кухню?
– Меня отвлекли.
Ханна переводит взгляд на Кендалл.
– Привет. Я Ханна. Извини, но я на секундочку украду его у тебя. Жажда зовет.
То, что Кендалл не возражает, говорит мне о том, что мои доводы попали в цель. Выражение на ее лице меняется, она выглядит виноватой и пристыженной.
Ханна берет меня за руку и уводит в коридор. Убедившись, что Кендалл нас не видит, я тихо говорю:
– Спасибо, что спасла. Она была готова то ли разрыдаться, то ли дать мне по яйцам.
– Уверена, что последнее наверняка заслуженно, – со вздохом говорит Ханна. – Сейчас отгадаю: ты разбил ей сердце."
"– Нет. – Меня охватывает раздражение. – Просто наше дружеское расставание оказалось не таким дружеским, как я думал.
– А, понятно.
Я прищуриваюсь.
– Значит, мой любимый цвет черный, да? А почему ты так решила?
– Да потому что все майки и пуловеры у тебя черные. – Она многозначительно смотрит на мой пуловер.
– Может, это потому, что черный идет ко всему? Ты такой вариант рассматривала? – Я хмыкаю. – Это не значит, что черный – мой любимый цвет.
– Ладно, сдаюсь. Какой твой любимый цвет?
Я развожу руками.
– Черный.
– Ха! Так я и знала. – Ханна вздыхает. – Кстати, нам теперь весь вечер придется прятаться от этой девицы в коридоре?
– Угу. А ты, что, уже хочешь слинять? – с надеждой спрашиваю я. У меня пропал интерес к вечеринке, особенно после прихода Кола. Прежде чем Ханна успевает ответить, я подталкиваю ее в нужном направлении следующим доводом: – Кол уже заглотнул наживку. Так что если мы сейчас уйдем, он наверняка захочет большего, а ведь в этом и состоит наш план, верно?
Она в сомнении морщит лоб.
– Ну, наверное. Но…
– Что но?
– Мне нравилось разговаривать с ним.
Проклятье, такое чувство, будто в сердце всадили нож. Но откуда? Ведь Ханна меня не интересует.
