Автор
Декабрь 1814 года. Вероника Синклер получает страшную новость: ее дед скончался. Под этим холодным объявлением скрывается сокрытая тайна, заставляющая герцога Эджфилда исчезнуть из известности в самый разгар войны. Теперь Вероника должна выяснить, какое участие имела эта семья в истории, и это может привести к опасной сделке с знатоком. Оживающее поместье герцога расскажет о страшных тайнах, которые накрыли его имя на многие годы....
Глава 21Лондон, на балу в честь Двенадцатой ночи у Хазелтонов.
Особняк Хазелтонов блистал огнями тысячи свечей. Вероника и Себастьян стояли перед закрытыми дверями бального зала; он держал ее под руку. При взгляде на мужа Веронику переполняла гордость. В черном фраке он выглядел ослепительно, не хуже была и она в одном из лучших своих платьев: атласном, глубокого изумрудного цвета, с белыми звездочками, вышитыми на корсаже и подоле, и такой же белой лентой на завышенной талии.
Себастьян заговорщически подмигнул ей.
– Готова?"
"– Вне всякого сомнения! – сделав глубокий вдох и расправив плечи, объявила Вероника.
Лакей распахнул двери, и пара вошла в бальный зал. Дворецкий Хазелтонов взглянул на них и открыл рот от изумления. Вероника чуть склонила голову и одарила потрясенного слугу своей ангельской улыбкой. Себастьян хотел было, как принято, сообщить, кто они, но дворецкий поспешил прервать его:
– Я знаю, кто вы, ваша светлость. – Затем набрал в грудь воздуху и объявил громко и четко: – Их светлости герцог и герцогиня Эджфилд!
Пять сотен голов разом повернулись к ним.
С торжествующей улыбкой на устах Вероника шла под руку с мужем сквозь толпу. Гости поначалу расступались перед ними, но вскоре начали напирать: жаждали спросить ее о здоровье.
Пробираться через строй гостей пришлось минут двадцать, не меньше. Когда же они наконец вышли на открытое пространство, там, прищурившись и скрестив руки на груди, их ожидал сам лорд Хазелтон.
– Добрый вечер, ваша светлость… леди Эджфилд, – поздоровался он с поклоном.
– Рада вас видеть, лорд Хазелтон, – ответствовала Вероника, изо всех сил стараясь сохранить бесстрастное выражение лица. – Мой муж говорил, вы беспокоились о моем здоровье.
– Э… да, ваша светлость, – смущенно пробормотал лорд Хазелтон. – Надеюсь, теперь вы в добром здравии?
– Верно, в последние два года мне страшно не везло: одна болезнь за другой! То простуда, то еще что-то… – И она неопределенно помахала рукой в воздухе. – А там, где я бывала в последнее время, должно быть, мы с вами как-то разминулись.
Хазелтон округлил глаза.
– А вы где-то бывали… в последнее время?
– Да, я несколько раз приезжала сюда из деревни. Право, жаль, что ни в один из моих приездов не удалось встретиться с вами и леди Хазелтон! – И она устремила на него самый невинный и простодушный взгляд, какой смогла изобразить.
– Да, в самом деле… очень жаль, – пробормотал его светлость, совершенно сбитый с толку.
