Автор
Я стою в загаженном алкоголем зале, миниатюрная сумочка прижатая к груди. Свет от сломанного лампопласта играет на монетах и долларовых купонах, намекающих на будущую роскошь и влияние. Время до выборов еще есть, но уже чувствуется тянущая ко смерти тревога - как если бы ты знаешь, что эта дорогая жизнь может оказаться всего лишь кратковечным промежутком между обреченностью и чудом....
Сцепившись взглядами, устраиваем с хозяином дома невидимый армрестлинг.
— Нет, Руслан.
— Да, Арина.
Гром и молнии. Бой Света и Тьмы. Кажется, еще чуть-чуть и начнут взрываться лампочки в люстрах, а телевизор включаться и выключаться сам собой — настолько сильным становится накал.
Спасают телефонные рингтоны. Два. Сначала пиликает телефон Руслана, следом мой.
Скашиваю глаза и понимаю, что не ответить нельзя. Разговора жаждет один из будущих спонсоров аукциона.
Извинившись, покидаю стол и сбегаю к себе. Пора собираться на работу.
57.
Аукцион, запланированный на следующую неделю, забивает рабочее время до отказа. Прошу у заведующей центром выделить мне помощников, чтобы скинуть на них мелочевку, сама же связываюсь с поставщиками, обслуживающими вечер.
Проговариваю все детали до последних нюансов, подписываю договора, а остальное время посвящаю участникам.
Высший свет, как неудивительно, тоже имеет свое сарафанное радио. Поэтому цепная реакция с каждым днем всё набирает обороты. Уже не я сама звоню с предложением поучаствовать, а знакомые знакомых набирают меня и предлагают выставить на аукцион милые безделушки, а также обязательно прийти и что-нибудь купить.
Из-за загруженности в дом Арбатова в понедельник возвращаюсь только в начале девятого вечера. Всё, на что меня хватает, это поужинать, часик провести с Зосей и Русланом в бассейне, а после сбежать к себе, чтобы отдохнуть и поваляться на кровати с книжкой.
Вторник становится зеркальным отражением предыдущего дня, а вот среда вносит коррективы.
— Вечером идем на прием к губернатору. Аля тебе все подберет, — сообщает Руслан за завтраком. — Или, может, сама что-то подыщешь? Пробежишься по магазинам в обед или к моей сестре заглянешь? Она будет рада.
— Нет. Не могу, дел вот так, — провожу гранью ладони по лбу.
Откусываю кусочек от бутерброда с красной рыбой и пока жую, мысленно передвигаю дела, запланированные на этот день.
— Только не говори, что ты ее стесняешься? — напоминает о себе Арбатов, приподнимая бровь.
Вместо того, чтобы завтракать самому, он намазывает маслом еще один тост и водрузив сверху слайс форели, подкладывает фишбургер мне на тарелку.
— Нет, не стесняюсь. Правда, некогда, — мотаю головой, слизывая с пальца подтаявший кусочек масла. — И хватит меня откармливать, лучше сам завтракай.
— Успею.
Хриплый мужской голос пускает по коже мурашки.
Перехватываю очень голодный взгляд, внимательно провожающий мой язык, и не придумываю ничего лучше, чем спрятаться за чашкой кофе.
