Автор
Я стою в загаженном алкоголем зале, миниатюрная сумочка прижатая к груди. Свет от сломанного лампопласта играет на монетах и долларовых купонах, намекающих на будущую роскошь и влияние. Время до выборов еще есть, но уже чувствуется тянущая ко смерти тревога - как если бы ты знаешь, что эта дорогая жизнь может оказаться всего лишь кратковечным промежутком между обреченностью и чудом.
И тут Измайлова срывается.
— Ты будешь делать всё, что тебе скажет Рома, поняла? — шипит недовольно. —Скажет подарить машину — подаришь, скажет переписать всю коллекцию —выполнишь, как миленькая. Еще не поняла, что взбрыкивать с такими серьезными людьми, как Зотов, нельзя? Особенно наивным никчемным курицам как ты, за спиной которых нет никого... НИ-КО-ГО, — по слогам повторяет последнее слово, будто носом в него тыкает, — кто бы их защитил.
Стерва брюнетистая!
Чтобы не послать мерзавку на великом и могучем, сбрасываю звонок и медленно глубоко дышу.
Вдох-выдох. Вдох-выдох.
Спокойно, Арина, спокойно. Тебе еще за руль садиться, а там лишние эмоции —риск быть невнимательной и попасть в неприятности.
Оно тебе надо с тем набором, что уже есть?
Нет, конечно.
Дыши, Арина, дыши.
Несколько минут стою, как пригвожденная. Не могу пошевелиться. Тело не слушается. Словно одеревенела вся от макушки до пальцев ног. Но повторное напоминание о пришедшем от Арбатова сообщении действует чудесным образом.
Этакий пинок — переключаться и двигаться вперед.
Переключаюсь, прощаюсь с четой Скворцовых, прося их набрать меня, как только будут известны результаты операции, и направляюсь к выходу, параллельно читая смс.
— Куда дальше, Арина Алексеевна? Домой? — уточняет не то Сергей, не то Андрей, отделяясь от машины охраны, припаркованной в паре метров от моей.
Вскидываю подбородок, прожигаю его взглядом и мысленно обещаю поколотить, если вздумает отобрать ключи и сесть за руль моей ласточки вместо меня. Но конвоир стоит ровно и просто ждет информации.
— Нет, не домой. В благотворительный фонд.
Озвучив первое, что приходит на ум, ныряю в машину и трогаюсь с места.
16.
Первые десять минут, что черный здоровенный джип следует за мной попятам, даются сложно. Нервно. Верчу головой, пытаясь понять, кто и когда отрежет от меня охрану, но определить не выходит. Плотного движения нет, «прилипших» машин, которые бы бросались в глаза, тоже.
Может, Арбатов переоценил силы?
И что теперь? Ехать до конечной, а там моська плугом и импровизация? Или Входящий вызов отвлекает.
Скосив глаза, читаю имя абонента и тут же беру трубку.
— Ариночка Алексеевна, всё хорошо, — в срывающемся голосе Альбины Скворцовой звенят слезы, но в то же время восторг и радость. Еле сдерживаюсь, чтобы не прослезиться в ответ, настолько эмоции будущей приемной мамочки зашкаливают.
— Врач сказал, что наша девочка справилась. Операция прошла удачно. Даже лучше, чем они прогнозировали.
