Автор
Папа, я наотрез отказываюсь делать это. Фредерик Тейлор нахмурился, обращаясь к молодой женщине за столом. В комнате повисло напряжение до тех пор, пока Меган Тейлор не воскликнула: "Контракт? Что еще за контракт?" От волнения она поднялась со стула и в ее взгляде было недоумение....
Простите, но мы должны покинуть вас.
– Ты еще пожалеешь, что перешел мне дорогу, – злобно рявкнул Фарнзворт. – И очень сильно пожалеешь.
– Не угрожайте, Фарнзворт, – мягким голосом предостерег Джеффри. Посмотрев на старика всесокрушающим взглядом, он вместе с Меган прошел мимо него и направился к церкви. – Пошли же скорее, дорогая, – достаточно громко, чтобы все услышали, сказал он, – и навсегда положим конец этому отвратительному слуху.
Его последние слова взбесили Мег. Повернувшись лицом к Джеффу и только было открыв рот, она почувствовала, как его неумолимые пальцы все крепче и крепче сжимают ее руку.
– Зачем вы сказали это? – спросила Мег, когда уже никто не мог услышать их.
– А что? Вы бы предпочли, чтобы все приняли наш брак за обман?
– Нет. Но мне кажется, не было никакой необходимости говорить, что мы едем домой… мм…
– аниматься любовью? – засмеялся Джефф.
– Наверное, вы правы, только я думаю, он все равно не поверил нам.
– Пожалуй, я тоже так думаю, – сознался Джефф.
– И что нам теперь делать?
– О чем это вы?
– Господи, о Джордже Фарнзворте. Джефф, я очень боюсь: вдруг он сможет аннулировать наш брак.
– Нет, если у нас с вами будут настоящие отношения.
– Что вы хотите сказать?
– Я сделаю то, о чем вы просили. Я согласен переехать к вам.
* * *«Настоящие отношения! Боже, он это серьезно?» Маленький нож, которым Мег чистила картошку, застыл в ее руках. А если да, то как можно предотвратить это? Ведь в конце концов Джеффри ее муж, и, даже если они оба согласились на фиктивный брак, на его стороне закон, а значит, он сможет отстоять свои супружеские права.
«Нет, он совсем не это имел в виду, – внушала себе девушка. – У него нет никаких намерений жить супружеской жизнью, равно как и у меня… какой здесь смысл? Хорошо, что мы живем не в незапамятном средневековье, когда на следующее утро после брачной ночи невеста была обязана вывешивать перед домом окровавленную простыню».
– Слава Богу, что никто больше не соблюдает эту традицию, – проворчала уже вслух Меган. – И как только женщины терпели такое унижение?
Она рассеянно начала чистить другую картошину. По крайней мере теперь первая ночь – исключительное дело молодоженов, и только они знают, когда между ними это произойдет.
