Автор
В зале кафе с густыми брикетами и шампанским в атмосфере недовольства собеседники обсуждают предложение статьи на правах рекламы, вызывающее недовольство автора другого издательства. Так начинается история "Седьмая вода на коньяке", где искренность и критическое мышление становятся ключевыми инструментами для борьбы с убийством конкурента....
– Вот, возьмите его, а то он мне руки жжет, – обратилась она к Хитрову и передала ему трубку.
Она развернула машину и вырулила на проезжую часть. За ней следом неотступно ехал автомобиль с охраной, повторяя все ее маневры. Через двадцать минут они уже въезжали во двор дома, где жила девушка.
– Приехали, – весело проговорила Наташа и вышла из машины. – Прошу к нашему шалашу! Не чета, конечно, вашим хоромам, Андрей Юрьевич. Но, как говорится, не жили богато, нечего и начинать, – усмехнулась она.
– Что за глупости, Наташ? Я, между прочим, в пятиэтажной хрущевке вырос, – хмуро ответил Андрей.
– Да ну? – не поверила девушка. – А по твоей матери не скажешь, что она тоже из пролетариата, – хмыкнула девушка. – Благородная мадам в модном туалете. А бриллиантов на ней столько, что хватит на покупку ракетной базы США!
– Ты что, видела мою мать? – удивился Савинский.
– А как же? На вечеринке в твоем доме и видела, даже закуску ей подавала. Я же там носилась с подносом, как очумелая, чтобы к тебе хоть как-то приблизиться.
– А откуда тебе стало известно, что это именно моя мать?
– Рядом две сороки своими хвостами трясли, – снова усмехнулась Наташа. – С их хвостов сплетни сыпались – заслушаешься, «желтая» пресса отдыхает! Молодого мужа твоей мамочки тоже по составным частям разобрали. Да так лихо, что в конце концов пришли к обоюдному заключению, что он – импотент, пардон за откровенность, – засмеялась Наташа. – Это не я, это те твои гостьи говорили.
– Вот за что я терпеть не могу разные тусовки, так это за бабьи сплетни! – с раздражением сплюнул Савинский. – Они туда только за этим и идут, да еще чтобы своими туалетами похвастаться. Моя мать, между прочим, ничем от них не отличается. Любит навешать на себя побрякушек, чтобы все окружающие ослепли, – проворчал он.
– Покажи мне женщину, которая не любит украшения, и я спрыгну с Крымского моста, – засмеялась Наташа.
– Ты их тоже любишь?
– А чем я хуже других? Или ты считаешь, что я не женщина? – хмыкнула девушка.
– Может быть, мы уже пойдем? – услышали они голос Валерия Михайловича. – А то скоро жильцы вашего дома начнут из своих окон вываливаться от любопытства.
Наташа с Андреем оглянулись по сторонам и одновременно засмеялись, увидев, что так и стоят рядом с машиной.
