Автор
В главе 1 мы знакомимся со скромной крестьянкой Алэйной, которая чувствует себя виноватой за смерть своей младшей сестры. Главная героиня оказывается в центре жестокого трейда, где ей предстоит выйти замуж за короля, чтобы спасти жизнь единственной оставшейся в живых брата. Взаимосвязь между долей и любовью создает шаткий равновесие в истории, которая наполнена отчаянием и нереализованной верой в справедливость мира....
Подняв руки, она вцепилась в его волосы и прильнула к сильному телу короля еще теснее. Терион не остался равнодушным – он обхватил ее талию одной рукой, буквально вжимая в свое тело, а вторую руку положил на шею сзади, отчего у Ники ослабели колени, но упасть ей не дали.
Они целовались безумно и голодно. В какой-то момент Терион прижал Нику к стене, а потом приподнял, позволяя ее ногам обхватить его за талию. Было неудобно из-за длинной юбки, но Ника справилась.
Она стонала в его руках, вертелась, совсем не облегчая его страдания.
Терион ощущал какое-то гудение, но не придавал этому никакого значения, его волновала только Ника, так отзывчиво подставляющая хрупкую и беззащитную шею под поцелуи.
Его тьма хаотично металась, заполняя собой не только коридор, но и всю ближайшую территорию. Слуги, оказавшиеся неподалеку, запаниковали, не понимая, что происходит. А уж когда замок начало потряхивать, многие вообще решили бежать как можно скорее.
– Что-то… – задыхаясь, прохныкала Ника, чувствуя, как ее распирает в середине груди. Там постепенно становилось теплее. Сначала она не придала этому значения, но тепло становилось все интенсивнее, пока не стало обжигающим. Казалось, все тело пульсирует, как одно громадное сердце. – Не так… – закончила она, задыхаясь.
Тьма Териона обвила ее лентами, лаская кожу, словно стремясь быть как можно ближе к ней. Это приносило странное удовольствие, но чем больше было тьмы на ее теле, тем сильнее пекло в груди.
– Подожди… – попробовала Ника снова, упираясь в грудь Териона здоровой рукой. Возбуждение все еще властвовало в ее теле, но странное чувство в груди настораживало. – Что-то не так, говорю же. Печет.
– Что? – Терион осоловело моргнул, открывая глаза. Вокруг царила полная темнота, но он все равно видел раскрасневшееся лицо невесты и ее общий растрепанный вид. Она была очаровательной. Он хотел снова потянуться за поцелуем, когда лицо Ники скривилось, а потом она и вовсе вскрикнула.
– Больно!
Терион вздрогнул и попытался взять себя в руки, но не успел он сделать хоть что-нибудь, как его оттолкнула громадная волна магии. Охнув, он со всего размаха влетел в стену напротив.
Вспыхнул яркий свет, ослепивший его. Тьма, шипя, словно потревоженный клубок змей, отступила. Она скрылась по углам, но полностью не ушла. При этом казалось, что нестерпимый свет привлекал ее.
