Герой, приговоренный к смерти за преступления, которые он не совершал, отказывается принять свой приговор. Имея в своих руках космический флот и власть, он выбирает новую жизнь и новую судьбу. Эпическая космическая история о борьбе против несправедливости и поиске истины среди звезд.
Моего роста, смотрит серьезно, черты лица будто из камня рубленные, в плечах почти в два раза шире меня и кулаки как пудовые гири, голос громкий, как в барабан бухает.
— Чего смотрите, Евгений Иванович? — первым не выдержал я. Ну а что в гляделки играть, время-то идет.
— Привычка, — пожал он плечами. — Я всех, с кем долго придется работать, первый раз долго изучаю. Ну а мы теперь с вами будем часто видеться, Владимир Михайлович. У нас ведь в Приказе как, людей друг с другом редко знакомят, а если уж так вышло — значит по-любому с этим человеком постоянно пересекаться придется. Вот поэтому и смотрю, как никак от вас в моей жизни теперь многое зависеть будет.
— Понятно, — усмехнулся я. — Значит и в моей от вас тоже получается. Ну и как, что вам видится?
— Время покажет, — неопределенно пожал он плечами. — По моему опыту Максим Иванович Шувалов всякое дерьмо в Приказ не тащит, да и Николай Александрович у нас, слава Богу, с головой… Так что посмотрим.
— Тогда может быть о делах поговорим? — предложил я и посмотрел на Модуль. — Шувалов мне лишь общие черты обрисовал, сказал детали потом…
— На тот момент он их и сам не знал, — кивнул маркиз. — Мордвинов, сука плешивая, мужик ушлый и трусливый как заяц… У него семь пятниц на неделе, так что с ним очень сложно что-то планировать, но на этот раз похоже мы его хлопнем. За здоровье свое он все-таки слишком сильно переживает, так что в мышеловку он уже залез, осталось только ее захлопнуть.
По словам Шувалова, Ждан Николаевич два раза в год обязательно приезжал в Сидней на пять дней где ложился на обследование в местную клиническую больницу. У него шалило сердце, а князь хотел пожить подольше и не жалел для этого никаких средств.
На время обследования и профилактического лечения, Мордвинова помещали в отдельном больничном крыле для особо важных персон, с крайне ограниченным доступом. Ну а к самому князю и вовсе мог входить лишь один доктор с сопровождением.
Собственно, роль этого парня предстояло сыграть мне. Максим Иванович говорил, что у меня будет помощник, который после перевоплощения будет моей ассистенткой… Я посмотрел на Татаринова и невольно усмехнулся, да уж, ассистентка из маркиза та еще получится…
— Значит он уже здесь, в Сиднее на лечении? — спросил я у него продолжая улыбаться.
— Уже, граф, — он подозрительно посмотрел на меня и нахмурился.
