Тяжело вздохнув, я поднялся на ноги еще раз окинул Ульяну внимательным взглядом. Ладно хоть позвонила. Эта гордячка вполне могла бы умереть, но не попросить у меня о помощи. Все бы отдал, чтобы иной раз узнать, что творилось у нее в голове. Насколько же разными были две сестры. Мне потребовалось время, чтобы рассмотреть доброту, открытость и искренность Ульяны. В ее поведении и общении не было ни грамма наигранности, от которой у меня уже оскомина появилась на зубах за годы брака с Аллой.
Я вышел из комнаты и набрал врача еще раз, пообещав двойную оплату за срочность, сбросил звонок и поглядел на Марка, который ходил за мной хвостиком и жаждал моего внимания.
— Я хочу кушать, но еще не научился пользоваться новой микроволновкой… Маму мне было жаль будить, а все бутерброды, какие она приготовила утром, я уже съел… — он виновато улыбнулся, а я снова почувствовал, что хочу обнять его.
— Значит, идем разбираться вместе, — я посмотрел на сына заботливым взглядом.
Где же их угораздило подхватить болезнь? Неужели так проходила акклиматизация? Или нагулялись на улице?
— Ты сегодня больше не поедешь на работу? — спросил Марк, а в его голосе послышалась надежда.
— Какая уж тут работа. Маме плохо, ты тоже болеешь. Мои дела подождут.
— А дома… меня никто не ждет.
Я почти не обманывал ребенка. Алла странно затихла, отец был под присмотром врачей в больнице, и шел на поправку. Казалось, что жизнь потихоньку налаживалась.
Я посмотрел на Марка, чувствуя, как в груди с левой стороны странно тянет и обнял его.
— Мне нравится, когда ты приезжаешь, и маме тоже… Хоть она ничего и не говорит, но я вижу, как она потом ходит с улыбкой.
Что-то новенькое… Нет, конечно, я не маленький мальчик, как Марк, и понимал много больше. Только Ульяна после вчерашнего поцелуя попросила меня, чтобы я не переступал черту. В отличие от нее ничего постыдного и ужасного я не видел в нашей ситуации и том, чтобы попробовать сблизиться. Нас обоюдно влекло друг к другу, а точек соприкосновения было значительно больше, чем общий ребенок. Я сделал поспешные выводы, когда предполагал, что ни с одной из сестер не захочу связать свою дальнейшую жизнь. И лишь в одном был согласен с Ульяной — торопиться было нельзя, теперь мы оба несли ответственность не только за себя, но и за маленького ребенка.
Я разогрел Марку суп и сам с ним пообедал. В холодильнике мы нашли вчерашний пирог и доели его. Выпили чаю и довольно переглянулись. Взглянув на часы, я отметил, что с минуты на минуту появится врач.
