Автор
Таня, одетая в платье-футляр цвета сливового вина и черных туфельках, выходит из шoppинг-центра. Ее крутые бедра подчеркиваются модной одеждой, а темно-рыжие волосы едва заметны под макияжем. Это не то платье для обычного похода к Клейманам — слишком вульгарно. Секрет, который она прикупила, должен быть таким же запредельным....
Надавливаю на затылок, и просто перестаю дышать, пока припухлые от моего голодного поцелуя губы податливо открываются для моего члена. Медленно и осторожно, даю ей привыкнуть, хоть в голове только одно желание – прижать ее сильнее, почувствовать тугое влажное тепло. А потом кончить и наслаждаться тем, как энергично работает ее горло.
Туман выпускает меня изо рта, тяжело дышит, размазываю влагу ладонями по всей длине.
И снова насаживается ртом: смелая, жадная и вся моя, от кончиков волос до пальцев на ногах.
Бормочу что-то бессвязное, когда чувствую, ка кона лижет меня тугим языком, проводит по венам, словно я какая-то долбанная карамель, но это именно то, что нужно, чтобы я окончательно связный потерял ход мыслей.
Мои пальцы судорожно перехватывают светлые пряди, бедра идут навстречу гостеприимному рту.
И – черт, черт! – моя малышка начинает сосать.
Ее рот превращается в горячее тугое наслаждение: я бы и подох в нем, потому что она делает это бесстыже и без страха, что я вот-вот кончу. Подхватывает ладонями ритм моих бедер, и дрожит вслед за моим сдавленным хрипом.
Я придерживаю ее голову, проталкиваюсь еще немного вперед, до глотательного движения, которое вытравливает из меня всю душу.
Прости, малышка, тормоза остались… хрен знает где.
Я скребу ногтями по стене, матерюсь и прошу:
— Еще, малышка… - Она откликается, выпускает изо рта, ведет языком сверху вниз – и снова смыкает на мне губы. – Стоп… остановись…
Но она словно этого и ждет: насаживается головой, и из ее рта раздаются такие влажные звуки, что каждый из них становится проклятой приправой к моему удовольствию.
Сердце предательски выскакивает из груди, как будто я спринтер на короткой дистанции и нарушил главное правило забега – слишком рано остановился.
Но меня и правда шатает, ноги вообще не держат, кости превращаются в желе.
Наугад, практически наощупь, нахожу Туман, тяну на себя, пячусь – и мы заваливаемся на кровать, сплетаясь друг с другом по рукам и ногам.
— Кажется, у нас случился еще один незапланированный «восемнадцать плюс», – слышу откуда-то из-под подмышки ее осторожно-игривый голос. – Дым?
— Мммм? – мне так хорошо, что нет сил даже пошевелить языком.
— Хочу еще раз.
Она меня точно прикончит.
*****
Я несколько минут честно даю малышке превратить себя в гору, которая она с любознательностью ребенка бороздит вдоль и поперек.
