Говорят, что ученье – свет для многих ведьмаков, но магам-боевикам оно дает невиданный потенциал и новые возможности. Фамильяры же видят в обучении не только знания, но и значительное увеличение веса — от трехсот до четырехсот килограммов. Вот такая пара стала новым бойцом для Эллы Ласточкиной: одна прекрасная маленькая девушка и вторая, уже заметно массивная....
Какая была бы отличная пара: Элла моталась бы по мирам, выполняла контракты, а он ждал бы ее дома, создавал артефакты…
Тьфу! Вот же кошка домовитая! Сами разберутся. Главное, чтобы Элла была счастлива! Кеннета только жалко. Вон какой грустный… И Соня чем-то расстроена. Сейчас все выясню, а там придумаю, как помочь.
– Он больше не приходит, – печально проухала Соня, когда я закрыла за нами дверь. Превратившись в девушку, она плюхнулась на стул и сняла очки. – Третий день в Ничто не появляется. Как закончили обсуждения прототипа, отрисовали чертежи, так и пропал.
– Ты сейчас о своем знакомом фамильяре-артефакторе?
– О нем. Даже имени его не знаю. Поначалу общаться инкогнито было очень удобно, потом загадка придавала пикантности нашим отношениям, а теперь он пропал. Мне кажется, что меня использовали.
Ох…
Как чувствовала, что у Сони проблемы.
– А что, если он сейчас не может общаться? Чем-то занят. Что, если… Он тоже принимает участие в турнире?
– И ранен. Или истощен. Точно! Я должна пересмотреть списки команд и проверить, если ли среди участников фамильяры-артефакторы! Дэни, ты очень помогла!
Окрыленная Соня подорвалась с места и помчалась прочь.
Ничто.
Я растянулась на кровати. Мне предстояла еще одна встреча со Зверем.
* * *Тьма Ничто, соединяющего академии фамильяров, больше не пугала, как и не смущало отсутствие привычного тела. Я словно парила в невесомости. Здесь не было ни запахов, ни ощущений, зато эмоций хватало с избытком.
Внезапно Тьма вокруг уплотнилась, и словно что-то мазнуло по лицу.
– Рен…
– Ш-ш-ш… – Тьма на мгновение накрыла и запечатала мои губы. – Никаких имен, котенок.
– Ничто же для фамильяров…
– Я ограбил нашего гениального артефактора, – тихий смешок. – Он очень удивился, узнав, что я в курсе его успехов в Ничто.
