Говорят, что ученье – свет для многих ведьмаков, но магам-боевикам оно дает невиданный потенциал и новые возможности. Фамильяры же видят в обучении не только знания, но и значительное увеличение веса — от трехсот до четырехсот килограммов. Вот такая пара стала новым бойцом для Эллы Ласточкиной: одна прекрасная маленькая девушка и вторая, уже заметно массивная....
Лишь сила, заключенная в темные источники, удерживала их от окончательного превращения в злобных безмозглых созданий, и гарантией этого была магия Хранителя Кар-Шана. Именно его сила питала барьер, разделяющий два мира, и ограждала темные источники от пересыхания. Император Кар-Шана жил наверху и повелевал живыми, но для обитателей Нижнего мира он был богом.
* * *Когда лекция закончилась, я не сразу приступила к сбору вещей. Движения были медленными, словно заторможенными, а в голове крутилось услышанное на занятии.
Зверь упоминал, что Кар-Шан взывает к Ренделу, а магия в его крови пробуждается. Теперь я понимала, что это означало."
"Рендел менялся. С каждым днем этот мир отхватывал от моего любимого кусок и перекраивал под свои потребности. Подобное происходило и со жрецами Сан-Дрима, избравших путь служения Богу-Солнцу. Но ведь Рендел не давал согласия! Он всего лишь хотел стать ректором Академии Фамильяров. Даркинфольд предлагал другу укрыться в Арриотэ, но вряд ли пребывание вдалеке от Кар-Шана смогло бы остановить процесс пробуждения магии.
– Даниэлла, подойдите, пожалуйста. – Просьба менталиста звучала не так странно, как тон, которым она была озвучена.
Мне это показалось или Даркинфольд на меня злился?
Я затолкала конспект в сумку и спустилась к кафедре.
– Только не говорите, что мой экзамен по этикету Кар-Шана переносится на сегодня. У меня же в запасе еще три дня.
– Нет, фамильяр Даниэлла, вас ждет переэкзаменовка по другому предмету.
Даркинфольд вытащил из-за пазухи свиток и бросил его на кафедру.
– Послание от стражей Ярмарка-Града. Извольте объяснить, как вам удалось раздобыть кровь виверны.
– То есть стражи не знают? – быстро уточнила я.
Обычная маска невозмутимости на лице менталиста дрогнула.
– Вы могли хотя бы попытаться изобразить раскаяние.
– Смысл? Вы же все равно почувствуете правду.
Раскаяния и правда я не ощущала. Я должна была помочь Люку, и точка.
– Не чувствуете вины? Вы хотя бы знаете, кому передали этот проклятый флакон?
– Магу, прекрасно разбирающемуся в магических сделках.
– Час от часу не легче. Сделка закрыта?
– Да, все в порядке.
– Я бы не спешил это утверждать. Ваши неприятности только начинаются. Запрет на посещение Ярмарка-Града – лишь верхушка айсберга.
На сердце сделалось тяжело.
