Говорят, что ученье – свет для многих ведьмаков, но магам-боевикам оно дает невиданный потенциал и новые возможности. Фамильяры же видят в обучении не только знания, но и значительное увеличение веса — от трехсот до четырехсот килограммов. Вот такая пара стала новым бойцом для Эллы Ласточкиной: одна прекрасная маленькая девушка и вторая, уже заметно массивная....
– Ты сейчас о чем?!
– Ты не в курсе? Соня сказала, что Мирабель напала на Аллистера во время чердачных посиделок.
Мирабель?! Наша скромная тихоня-голубка? Да быть такого не может! Хотя в последнее время Мирабель уже не слишком тихая, трассу Снежного в числе первых проходит. Удивительный прогресс для девушки ее темперамента. Прямо-таки зверь, а не голубка.
Зверь!
– Прости, Кеннет, но мне пора! – воскликнула я, на бегу оборачиваясь мантикорой.
Вслед полетел одобрительный свист артефактора.
Ага. Знаю. Я великолепна.
* * *Терпеть не могу оказываться правой, когда сбываются самые мрачные предчувствия! Мирабель попала в лазарет с симптомами, до жути напоминающими озверение Марка. Хиллер места себе не находил, метался по коридору и не слушал ни Соню, ни Сэма, ни даже Аллистера. А вот мантикора его мигом впечатлила. Впрочем, я использовала прием, при котором у юного целителя не осталось ни шанса, – прижала лапой к стене и рыкнула:
– Выдохни!
– Дэни, полегче, или он сейчас вообще забудет, как дышать, – фыркнул Сэм.
"– Я… Я в порядке, – пролепетал целитель, старательно втягивая живот, по которому расплывался зеленоватый щит.
Я приподняла лапу, полюбовалась на когти, после чего похлопала Хиллера по животу, наслаждаясь скрежетом когтей по поверхности щита. Отличный же щит! Надо Эллу погонять, а то мы давно защиту от колото-режущих ран не отрабатывали.
– Что с Мирабель? – Я сменила облик на боброкошку.
– Да сами не поняли. Отдыхали, болтали… – начал рассказ Сэм.
– Выпивали? – мрачно уточнила я.
– Ни капли! Вкусняшками баловались! – вклинился Аллистер. – А потом начали обсуждать физподготовку наших подопечных. Я возьми и ляпни, что целители самые дохленькие… Нет, Дэни, правду же сказал! Вокруг Башни целителей каждое утро такие стоны, словно там кого-то на части режут. А Мирабель взбесилась! Начала клеваться! Вот!
Единорог повернулся… кхм… крупом, демонстрируя пострадавшую часть тела. Следы и правда были глубокие, словно и не голубка напала, а ястреб.
– Давай залечу! – Хиллер встряхнул жезлом.
– Еще чего! – Единорог отпрыгнул подальше. – Я лучше кого поопытнее дождусь.
– Все у Мирабель? – спросила я.
Ребята мрачно закивали.
Мы находились в правом крыле лазарета. Обычных палат здесь не было, сплошной коридор с монолитной белоснежной стеной, в которой открывались проходы с помощью магии. Изначально Марка держали здесь, но потом перевели в обычную палату и даже разрешили посещения, когда он начал узнавать Люка и преподавателей.
