Все эти камни, притянутые из дворцовых стен, подвластные Дариону потому, что он маг земли и как глава императорских гвардейцев имеет почти полную свободу применять магию, чудовищно давили… Казалось, они поставят меня на колени, даже если для этого придётся сломать ноги. Поставить на колени перед каким-то медведеоборотнем, этим жалким, бескрылым…
Алая пелена гнева накрыла меня, собственный рык оглушил. Волной прокатилась по мышцам магия, ещё больше их усиливая, я слепо рванулась вперёд, что-то треснуло, тиски ослабли, снова сомкнулись, но я уже вытолкнула руку, я рвалась вперёд, клацала зубами, рычала. Ярость чистая и безудержная кипела в крови, я выла, выламываясь из каменных тисков, рвалась к посмевшей меня пленить твари. В алых вспышках видела его горло, я должна вырвать его, разорвать на части эту мерзкую зарвавшуюся тварь! Как он смел приказывать мне встать на колени? Кто он такой?
«Крови его, крови!» – визжал Жаждущий крови.
Гнев ослеплял, и несколько мощных ударов по лицу я пропустила, меня впечатало в стену, выскочившие из неё щупальца попытались удержать, но я расколола их и снова бросилась на Дариона. Меня обжёг его щит. Царапая почти невидимую магическую преграду, я рычала, и по губам текла кровь.
«Убить! Убить! Убить!» – пульсировало в мозгу. Я не могла думать ни о чём другом, я билась о магический щит, пытаясь пробить и физически, и ударами чистой магии. Щит поддавался, и Дарион отступал. Снова бросил на меня щупальца, я опять расколола их.
– Иди сюда, – зарычала на драконьем, хватаясь за рукоять Жаждущего крови. В следующий миг обратившийся медведь налетел на меня.
Мы вошли в клинч. Прижавшийся ко мне Дарион плотно обхватил меня усиленными магией лапами, не позволяя вытянуть меч из ножен. Сверху опутал нас каменными тисками щупалец, помогая себе сдерживать взрывную мощь моих усиленных драконьих мышц. Я снова рычала, вгрызлась в ткань и мех на его животе, пытаясь добраться до кожи, прокусить, вспороть, убить!
– Кто должен усмирить Шадаров и Мэгранов? – прорычал Дарион.
Ткань его алого мундира я прогрызла и кусала мех, всё ещё надеясь добраться до тела.
– Как Аранские должны поступить с Шадарами и Мэгранами? – Дарион попытался стиснуть меня сильнее, но, кажется, у него хрустнула кость. – Ну же! Ответь! Что Аранские должны с ними сделать?
– Сломать крылья! – Я выдрала клок шерсти из дырки на его животе и наконец прикусила плотную кожу, вгрызлась глубже, и рот наполнился кровью.
– Должны Аранские сами это сделать?
Каменные пластины поползли по телу Дариона, пряча его от моих клыков."
"– Да! – Я ударила эту каменную чешую головой, она посыпалась, и я вновь вцепилась в плоть Дариона.
– Так пойди и объясни это Элору! – рыкнул он.