Причём я знала, что за достойную плату они лишнее существо и убрать могут, но мне, как представителю официальной надзорной власти, такую услугу не предложат.
Сложнее было с Косым Локом. Ярость толкала на необдуманные поступки: ворваться в его убежище, всё разнести, всех запугать, показать, кто тут дракон, и вытрясти из Косого Лока всю правду о желтоглазом бандите и его существах, но…
Во-первых, я не знала, где убежище Косого Лока, и не знала того, кто точно мог бы меня на него навести.
Во-вторых, в моём воображении в разборке с Косым Локом слишком часто применялась ментальная магия, и если бы я оказалась лицом к лицу с ним, возможно, я бы не сдержалась и что-нибудь такое сделала. Конечно, преступники подобного ранга обвешаны защитными амулетами, но если взять с собой побольше наёмников…
К счастью, несмотря на буйство брачной магии и кровожадные порывы, мне хватило мозгов понять: сейчас я не в том состоянии и положении, не те у меня ресурсы, чтобы носиться по Столице в поисках одного из преступных королей и вытряхивать из него информацию.
И я, хотя всё во мне протестовало и требовала боя, требовало рвать и кусать, разрушать, изничтожить всех преступников за то, что они творят, я усмирила эти желания и решила написать Косому Локу письмо."
"После того, как всю Столицу перетрясли из-за убийств Неспящих, у нас с преступными королями установился неприятный, но взаимовыгодный нейтралитет: они не допускали совсем уж беспредела и следили за тем, чтобы преступников в Столице не становилось слишком много, также обязались сдавать культистов, шпионов чужих стран и Неспящих. В ответ мы не трогали верхушку преступного мира и не патрулировали один район. Естественно, договорённость была условной, преступники не подписывались охранять покой Столицы от представителей других идеологий, а мы могли войти в непатрулируемый район для ареста кого-нибудь важного, но нападение на убежище Косого Лока будет концом перемирия, и если учесть, что сейчас офицеры ИСБ не в форме, а все силы империи направлены на поиск принца Арендара и его похитителей, я должна действовать дипломатично.
К тому же среди преступников были не только пришедшие к ним после стандартного обучения, но собственные маги, рождённые на улицах, обучавшиеся у подпольных мастеров и владевшие незнакомыми нам формами заклинаний, что делало высокоранговых преступников силой, с которой в определённой степени приходилось считаться.
Всё это я повторяла себе, чтобы удержать в узде неистовое желание убивать, калечить, вытрясти правду из всех причастных к этому делу и добраться до убийц. Иррациональное желание отомстить за чужую семью сплелось с моими желаниями, вплавилось в них – я понимала это, но не хотела останавливаться.