Сейчас…
Возбуждение, тревога, надежда – калейдоскоп чувств, и Дарион прижал меня к себе, а я дрожащими руками расстегнула его пояс и залезла рукой в штаны, пробираясь к горячей коже. Только тогда он опустил упёртую в стену ногу, позволяя мне соскользнуть на пол. Рукой я охватывала пылающую твёрдую плоть и, наслаждаясь уже его дрожью возбуждения, поняла, что не могу ждать, не могу тратить время на одежду – хочу немедленно, прямо сейчас. Развернулась к Дариону спиной, потёрлась об него, распаляя желание своими скользящими, дразнящими прикосновениями, обещанием большего. Уркнула.
Он наклонился, поцеловал, прикусил в шею, его ладони скользнули на бёдра, осторожно миновав призванное оружие. Я сорвала с себя ремень с мечом, отбросила и подцепила пальцами Дариона пояс тесных штанов, помогая их стянуть. Меня лихорадило от его прикосновений, от его дыхания на шее, от жара его тела у моей спины, но более всего – от его красочных эмоций. Дарион попытался развернуть меня, но я недовольно застонала, направляя его руку мне между ног, чтобы понял: я уже готова и просто не могу ждать.
Зарычав в шею, Дарион ниже сдёрнул мои штаны. Хотел ли он меня? Да! И неистово. Он ослеп от этого желания, от моей податливости. Он тоже не мог больше сдерживаться. Дёрнул меня назад, отступая от стены, и потянул вниз. Я рухнула на колени, упёрлась в пол руками. Дарион тоже опустился, стянул штаны. Прогнув спину, я оглянулась, поймала его мутный от желания взгляд. Приподнявший меня за бёдра Дарион был очерчен рамкой приоткрытых дверей."
"За его спиной что-то шелестнуло, но в следующий миг я одурела от удовольствия. Кажется, даже застонала. Дарион задохнулся, застыл, привыкая к жару и тесноте моего тела, я сладостно изнывала в потоках его желания, я хотела двигаться и хотела застыть в этом мгновении, поэтому боялась шевельнуться, пока его тёплые ладони не сжались на бёдрах крепче. Он начал двигаться, с каждым толчком всё увереннее, но не позволяя себе врываться в меня со всей силы. А мне хотелось быстрее, быстрее, я хотела вся раствориться в этих ощущениях.
И словно уловив это желание, Дарион ускорился. Он брал меня, порыкивая от удовольствия, поглаживая, наслаждаясь каждым мгновением, любуясь блеском моих волос, фигурой, упругостью кожи и силой мышц. Я подстраивалась под его движения, и мы вошли в ритм, мы двигались так слаженно, но… ему этого было мало.
Остановившись, Дарион сорвал с себя мундир и бросил его на пол. Поднял меня и развернул к себе.
– Я хочу видеть тебя, – шептал он, срывая с меня рубашку. – Твоё лицо, тебя всю, Ри…
Рубашка полетела на его мундир: белое на красном. Я откинулась назад, ложась, а Дарион рывком спустил мои штаны ниже, ухватился за сапог. Нетерпение, желание… и нежность.