Автор
Что делать? Мечты тускло мерцали, словно маяк среди шторма жизни. Я плыву через бездну ненависти и страхов, но устремленный внутрь замка силы овладевают мной. В этой книге вы встретите кромешную тьму мыслей и грез, где каждое слово взвешено и каждый образ полон атмосферы жестокой борьбы за существование....
Похоже, «Секретарь старшего принца 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Когда успокоюсь и восстановлюсь, продолжу работу над её сознанием. Наверняка и этот мрак в душе Энтарии можно исправить при должном старании.
Комната Сирин Ларн была пропитана беспокойством и тоской. Она металась по зелёной гостиной из одного угла в другой, заламывала руки, и когда я вошла, не сразу меня заметила, а заметив – подошла вплотную, накрыла ладонью моё предплечье, заглянула в глаза:
– Что с Энтарией? Вы можете помочь?
– Ей нужно время. Сейчас ей нужно немного времени, чтобы свыкнуться с новыми реалиями, потом можно будет попробовать что-то изменить.
Из заблестевших глаз Сирин Ларн хлынули слёзы, просто нескончаемые потоки. Я даже растерялась, утонув в её лихорадочных эмоциях.
– Как же так? Вы не понимаете? Вы совсем не понимаете? У меня, кроме Энтарии, никого нет. Как же я без неё? – Сирин Ларн испугалась совершенно искренне, она не представляла жизни без близких, она готова была вцепиться в Энтарию и не отпускать… так боялась одиночества.
Если в комнате Энтарии меня будто раскалёнными углями жгло, здесь трепало лихорадочными потоками ветра – то мягкими, то хлёсткими.
– Не разлучайте нас, – почти взвыла Сирин Ларн и упала передо мной на колени, вцепилась в полы мантии, смотрела с ужасом. – Пожалуйста, разрешите мне остаться с ней, у меня же никого нет, никого… как же…
– Твоя мать жива, – напомнила я, вытесняя из себя её эмоции, панические образы, отстраняясь и закрываясь. – Ты можешь съездить к ней в гости.
– Её новая семья не принимает меня, её муж запретил даже переписку, мы не общались с тех пор, как она ушла от отца.
В глазах Сирин Ларн был настоящий ужас, растерянность, мольба.
Вздохнув, я присела на корточки и оказалась лицом к лицу с ней. Я отчётливо видела её серо-голубые радужки, слипшиеся ресницы, проступившие на скулах чешуйки перламутрового цвета. Здесь, в зеленоватой обстановке, в тени, чешуйки приобрели сероватый оттенок и почти казались серебряными."
"– Я тебя понимаю, – неожиданно прошептала я.
