Великий дракон, да я говорю почти как Элор. Мне захотелось снова удариться головой об стол, но в чём-то, в каких-то моментах Элор прав: это дитя можно бы и в сокровищницу, пока не поумнеет.
– Я учусь на боевого мага, – гордо напомнила эта человеческая девчонка.
– Прежняя императрица была лучшим боевым магом. – Я невольно вспомнила, как императрица Ланабет назвала меня слабой, как она заявила, что я не справлюсь. – И где она сейчас?
Ответить Валерия не успела: хозяин с подносом появился одновременно с шумным наглым Тарлоном. Вдохнув аромат кофе, я забрала свою воду, а Тарлон схватил предназначенную Валерии чашку и выпил залпом.
– Так! – Поставив чашку на стол, он бесстрашно потрепал паразита по макушке (ну почему эта зверина не хочет его укусить?). – Сейчас в банк, потом за материалами, а потом к модистке.
– К модистке? – изумилась Валерия, а мне хотелось закатить глаза: только у модистки застрять не хватало.
Надо было прихватить книгу.
– Конечно, – Тарлон хлопнул в ладоши. – Ты – лицо фирмы, ходячий рекламный столб, тебе нужен соответствующий наряд и самый лучший маникюр. В счёт твоей доли, конечно.
Валерия нервно хихикнула.
– Рад, что ты счастлива заняться делом, – Тарлон предложил ей локоть. – Идём, деньги ждут.
Валерия меня удивила, неожиданно обратившись ко мне:
– Ты можешь выделить время на посещение модистки или у тебя дела?
При том, что я приставлена к ней как охрана, и она знает мой секрет, поинтересоваться моими планами… это почти мило.
– Выделю, ведь девочки так любят платья, – в общении с женщинами я почему-то всё больше перенимала манеры Элора.
Валерия странно на меня посмотрела, видимо, уловила неприятное ей сходство.
В тот момент, делая отметку, что не стоит её так дразнить, я совершенно не хотела идти к модистке и скучать там за столиком с газетами, пока Валерию обшивают. Но эта девчонка, похоже, впрямь притягивает неприятности, и вскоре я уже думала, что лучше бы мы пошли к модистке.
* * *Сначала всё было спокойно, и когда в банке Валерия закончила с открытием счёта, я уже надеялась на скорое освобождение, но внизу что-то грохотнуло, мраморный пол вздрогнул.
И пусть пока ничего не происходило, я чувствовала – надвигается страшное. В просторном светлом зале с золотой отделкой словно стало темнее, мрачнее. Предчувствие беды накрыло резко, инстинкт требовал бежать.
Все прошлые мысли всколыхнулись: помогать Валерии или бросить здесь в надежде, что неведомая опасность её погубит?
Я быстро взвесила «за» и «против»: риск оказаться в немилости, если она или охрана выживут и расскажут о моей трусости, оказался весомее желания избавиться от девчонки.
Пол снова вздрогнул.
Схватив за руку, я потащила Валерию к выходу. Она почему-то медлила.
Встревоженные клерки распахнули двери.