Эта золотая кружка была единственной роскошью в строгом убранстве старого замка.
На сидении лежала записка: «Прости».
Я бросила бесполезный листок в огонь, плюхнулась в кресло, закинула ноги на козлоногий пуфик и, укутавшись в шкуру, задумалась.
Мир как будто сошёл с ума. Всё менялось слишком стремительно, и я не успевала за жизнью. Вмиг всё стало как-то непонятно и зыбко, ещё и Танарэс со своим странным предложением.
А я просто устала.
От всех, от себя, и на безумие нынешних дней у меня не хватало сил, я даже разумом окинуть происходящее не могла: слишком непонятно, страшно. И я не знала, что делать.
Свернувшись в кресле калачиком, плотно укутавшись в большую мягкую шкуру, я закрыла глаза и попыталась привести мысли в порядок, разобрать всё по полочкам. Документы, фразы, образы — всё это вертелось, вспыхивало на веках, складывалось и раскладывалось в самые немыслимые образы, переплеталось, путалось. Смешивалось с прошлым.
Я вспомнила Халэнна под дождём. Как он бегал по двору, шлёпал босыми ногами по лужам, смеялся, и его ладони были обращены к тёмному грозовому небу. Вспышки молний озаряли его лицо, капли стекали по бледной коже, по серебру чешуек на скулах и будто вымывали из волос тёмный цвет или пропитывая их серебром.
Халэнн так звонко смеялся… так любил дождь, особенно грозу. Мокрые пряди и одежда липли к его худому телу, он двигался так грациозно и в то же время дико, порывисто, словно сам был водой. И когда ему становилось особенно хорошо, вода поднималась в виде женщин и танцевала с ним. Меня брали в эти безумные хороводы, и я тоже смеялась. Пока природа буйствовала, изливая тонны воды, нам с Халэнном было беззастенчиво, беззаботно хорошо.
И это никогда-никогда не повторится.
* * *— …хватит отлынивать. Тебе что, земли не нужны? Не нужно королевство, куда ты приведёшь свою избранную на правах полного хозяина?
— Отец, хватит уже, — прошипел Элор.
Он перегородил дверь, и поэтому император не видел меня, поверх шкуры укутанную ещё и белым меховым покрывалом.
— Почему хватит? — удивился император, и так как Элор шипел, рефлекторно заговорил тише. — Я тебя прямо спрашиваю: тебе нужен собственный дом, куда ты приведёшь избранную?
— Да что ты привязался к этой избранной? Я скорее задницы лишусь, чем с ней познакомлюсь. Извини, мне мой зад дороже дамочки, которая даже объясниться со мной не хочет, зато с Валерией нашла время поболтать и план моего перевоспитания составить.
Не составляла я никакого плана! Это всё самодеятельность Валерии!
— Элор, ну это же женщины! Они очень непостоянны. Лана мне горло перерезать обещала, яйца открутить, а…
— А пока только съела твой мозг. Отец, извини, но женщин у меня было больше, чем у тебя, я знаю, какие они страшные на самом деле. Но тут не та ситуация.