— А теперь посмотрим, как им управляют…
И он снова потянул за поводья. Я вцепилась в широкие плечи Элора, готовясь откинуться назад, но в этот раз хорнорд не стал вставать на дыбы. Впрочем, он и не остановился.
— Так, понятно, а если вот так? — Элор вновь дёрнул поводья.
Хорнорд резко повернул на тридцать градусов и помчался с прежней скоростью. Эта зверюга бежала быстрее дракона. Элор засмеялся:
— Халэнн, ну ведь здорово же, здорово! — он всё тискал мою ногу. — Орки на них гонки устраивают, я хочу поучаствовать!
Его рыжие волосы метались перед моим лицом и ярко, сочно пахли корицей. Этот чувственный аромат перебивал горячий запах степи, кружил голову. Дышать было тяжело.
— Вряд ли они пустят в состязание чужака, — я попыталась отсесть подальше, благо размер седла позволял, но Элор удержал меня рядом.
— Зато в состязании на скорость старта от границы мы точно выиграли!
— Ещё бы до места добраться.
— Не ворчи, наслаждайся жизнью. Только подумай: никаких офицеров, никаких преступников, никаких недовольных подданных. Только ты, я и это мохнатое чудо, — Элор похлопал хорнорда по меховой холке, и зверь отозвался невнятным то ли рыком, то ли урчанием. — Смотри, ему нравится!
— Ну, тогда и катайся с ним, а я полечу к остальным.
— Без тебя будет не то, — Элор откинулся на меня, запрокинул голову. Она моталась из стороны в сторону, солнце освещало подбородок и губы, а золотые глаза оказались в моей тени. — Неужели ты не понимаешь, Халэнн?
Я понимала. Всё прекрасно понимала: избранность связывала нас невидимыми узами, притягивала его ко мне. И пусть он не осознавал этого, но магия толкала его на размножение, толкала оберегать меня, ревновать, заботиться, трогать, соблазнять. Это инстинкты. Но разум может отреагировать иначе. Его разум меня боится, ведь я менталистка.
— Хорнордом займись, пока он не затащил нас куда-нибудь не туда, — буркнула я и подтолкнула Элора в спину, вынуждая выпрямиться. — Учти, если сильно отклонимся от курса — я перелечу на другого хорнорда.
— Ладно-ладно, — недовольно отозвался Элор и удобнее перехватил поводья. — Не думаю, что управление этим зверем слишком сложное…
Он снова потянул поводья, и хорнорд… подпрыгнул, закружился на месте, мотая головой и будто пытаясь нанести удар бивнями. Словно он отбивался от невидимых соперников. Степь плясала вокруг нас, сёдла болтались, а Элор выдавал всякие восторженные:
— Оу-у! Йюх! Хах!
Полуобернувшись, он косил на меня золотым блестящим глазом и улыбался.
* * *Пусть я приноровилась ехать на хорнорде и к выкрутасам Элора, но мне не нравилось, как на нас смотрели Арендар с Валерией, когда мы подъезжали к ним и остальным.
Слишком уж Элор красовался, ставил хорнорда на дыбы, хвалился тем, что научился управлять этим зверем.