Он с приятелем отступил, марая свою одежду кровью из порезов. Язычки пламени закружились над нами. Первый ударивший всё ещё дёргал мой щит и орал. Мне приходилось напрягаться, чтобы устоять на месте и не дать вывернуть свою руку: Многоликая к предплечью прикрепилась намертво.
Жаждущий выстреливал лезвиями, силясь дотянуться до отступивших вампиров. Вены на их бледных лицах чётко выделялись синеватым узором, глаза были совсем дикими.
С разочарованным звоном лезвия легли на пол. Но это уловка: Жаждущий выжидал, когда добыча ошибётся. Следить за этими двумя я позволила ему, наконец развернувшись к первому нападавшему. Поверх металлической кромки я видела его налитые кровью вытаращенные глаза. Брызги крови стекали с его щеки. Он боялся — это было очевидно. И он не пытался вырвать мой щит, похоже, это Многоликая схватила его и не отпускала. Судя по непрекращающемуся крику — держала больно.
Все трое, похоже, были относительно молодыми, иначе мне не удалось бы отбить их атаку так легко.
Резкий рывок чуть не опрокинул меня — вампир, наконец, отскочил. Из обрубка его руки хлестали фонтаны мерзко вонявшей крови. Кисть и предплечье с неестественно звонким «бах» упали к моим ногам, и Многоликая зашипела, словно десяток змей.
Пока вампиры пялились на меня, не решаясь подобраться ближе, я метнулась в сторону и перегородила им путь к лестнице.
— Ну что, пиявки, поговорим? — предложила с улыбкой."
"Маленькие огоньки летали надо мной. В принципе их присутствие можно объяснить действием огненного амулета, бронированную чешую от небронированной в таком сумраке не дракону отличить сложнее, Многоликую реально выдать за голема, так что если передо мной вампиры кантонов, убивать их необязательно. Хотя очень хотелось, и Жаждущий вибрировал от возбуждения.
Оторванная рука была странного серого цвета, не только плоть, но и рукав.
— Ну же, пиявочки, вам даже говорить со мной страшно? — ухмыльнулась я. — Давайте, говорите, откуда вы здесь и почему напали на других существ?
Они оскалились, но, если верить справочной информации по вампирам, эти красные глаза и посиневшие вены — это не крайний голод, они должны себя во многом контролировать. Подкормились уже, твари.
Рванув вперёд, я ударила Жаждущим. Семь лезвий изогнулись в безумном танце, вытянулись и обмотались вокруг руки рефлекторно прикрывшегося ею вампира. Тонкие лезвия срезали куски плоти, но крови почти не было: Жаждущий оголодал.
— Ну же, говорите! Кто? Откуда? — рычала я.
Пойманный вампир забился, лезвия высасывали его кровь.
— Отвечайте! — рявкнула я: мне нужно было, чтобы эти твари говорили — я хотела узнать их звук.
Вдруг последний не пострадавший вампир схватил своего безрукого товарища и швырнул в меня.