Автор
При ближайшем рассмотрении, эта история — деликатное танго между секретаршей и принцем. Один человек, вынужденный меняться ради другого, волей-неволей погружается в мир, где любовь мешает логике и смерть — неизбежна. Встреча двух диссонирующих существ на празднике приводит к безумным танцам смерти, вызывающим разрыв как между собой, так и в мире вокруг них....
Похоже, «Секретарь старшего принца 7» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Глава 16
Так, очевидно, думает и Элор: когда открываю дверь, вижу его сидящим в кресле напротив. Он кусает мизинец, но, заметив меня, поспешно отдёргивает руку от лица.
Бледная белокурая модистка сидит на краешке дивана. Женщина средних лет. Вся напряжённая. Того гляди сбежит. Или, что вероятнее, рухнет в обморок на свой саквояж и сложенные рядом рулоны тканей. Рулонами занято всё пространство до двери, а поверх разложены мотки кружев, коробки и коробочки. И, конечно, стопка цветных каталогов — устроенная на моём столике.
Заметив меня, модистка поспешно опускает взгляд, склоняет голову.
Полагаю, со стороны происходящее выглядит более чем странно.
— Это модистка, — сообщает очевидное Элор. Он по-прежнему слегка пришибленный, рассматривает меня с осторожностью. Указывает на лежащие рядом с его креслом коробки. — А это бельё. Нижнее. Вроде с размером угадал. Но… если что ведь можно подогнать. Да?
От его взгляда модистка прямо зеленеет, поспешно кивает:
— Да-да, конечно, я всё сделаю.
Судя по интонациям, не договаривает она «только голову не откусывайте!»
Кивнув, Элор снова смотрит на меня:
— Мне остаться? Или тебе так будет неудобно?
Не знаю. До сих пор не понимаю, как на всё реагировать и как себя вести. Я никогда не продумывала вариант, в котором Элор приводит для меня модистку с кучей тканей и интересуется, помешает мне его присутствие или нет. В гардероб Халэнна он так не лез.
Поэтому пожимаю плечами:
— Раньше мне не доводилось при тебе обшиваться, откуда я знаю, удобно это или нет?
— Об-бычно л-леди одни пре-предпо… — под взглядом Элора модистка умолкает и съёживается, хотя корсет, по-идее, должен помешать ей так скукожиться.
Элор снова переводит взгляд на меня. Он слишком растерян. До сих пор.
Впрочем, как и я.
Мы оба не знаем, как поступать. Точнее, мы, конечно, знаем, чем должны заниматься нормальные избранные: играть свадьбу или сразу мчаться на брачные недели, испить кровь друг друга, провести две недели в безумии страсти и вернуться домой — ожидать пополнения в семействе.
Но я себе такого не представляю. Элор, наверное, тоже. Поэтому мы глупо смотрим друг на друга и не знаем, что делать, какие вопросы друг другу задать и стоит ли задавать, хотим ли мы получить на них ответы.
— Иди, — не выдерживаю его взгляда, не выдерживаю понимания, что сейчас мне придётся стоять здесь почти обнажённой, в непривычной женской форме.
Так я ощущаю себя слишком уязвимой.
