Вообще, будь он спокойнее, я бы не возражала против его самостоятельной службы: его пробежка по государственным учреждениям многих убедила бы в необходимости соблюдать законы. Но, увы и ах, Жаждущий слишком непредсказуем для подобных воспитательных поручений.
Тихо шуршит подол, я приподнимаю его, чтобы шагнуть на нижнюю ступень крыльца, а сама невольно вспоминаю Дариона. Он наблюдает за мной украдкой? Или намеренно держится на расстоянии? Возможно, он, создавая себе алиби, говорил с Элором в тот момент, когда голем передавал письмо.
Что же заставило Дариона предложить мне помощь? Неужели я на самом деле выгляжу настолько несчастной, что вызываю жалость у всех вокруг?
Двери распахиваются, останавливая меня на второй ступени. Элор застывает, объятый ярким светом. Ветерок треплет его рыжие кудри.
Элор замечает меня.
Мягко улыбается.
Неторопливо выходит. Двери за ним плавно закрываются, а сам Элор спускается вниз. Смотрит мне в глаза. Согревает теплом окружающего его воздуха с ароматом корицы и тонкими нотами раскалённого металла.
Остановившись передо мной, Элор берёт мои руки, освобождая от шёлковой тяжести подола. Сжимает ладони в своих, передавая их жар.
Раскалённый металл своим призрачным присутствием тревожит.
— Что-то случилось? — я смотрю в потемневшие глаза с золотыми ободками радужек.
— Завтра здесь пройдёт встреча с архивампирами и представителем эльфов, будем договариваться о совместном ударе по Неспящим. Возможно, Элемарр к нам присоединится.
— Судя по формулировке, ты не хочешь меня на эту встречу брать.
— Та так пахнешь… — почти шепчет Элор.
Но я качаю головой:
— Элор, я должна участвовать в планировании операции. И я не всем драконам подхожу, чтобы тревожиться о запахе, который, к тому же, можно уменьшить алхимически.
Вздыхая, Элор опускает взгляд на наши руки.
— Я пойду, — твёрдо сообщаю я. — Если бы между нами была полноценная связь, я могла бы воспользоваться ей, чтобы быть в курсе происходящего без личного появления на собрании, но ты под абсолютом, а я не оставлю столь важную часть моей жизни без присмотра.
Удивительно, как легко получается напомнить о связи, будто сам собой срывается с губ этот откровенный упрёк и не оставляет в сердце выжженную пустыню.
На этот раз взгляд Элор поднимает к звёздному небу. Его внутренняя борьба ощущается по всполохам ароматов: слишком много раскалённого металла, удручающе мало пряной сладости. Золотые чешуйки проступают на скулах Элора и шее, его пальцы напряжены и ногти заостряются.
Хотела бы я ощущать его эмоции и понять, что его больше задело: укор за отсутствие связи или ревность?"
"— Р-р-р! — Элор наклоняется, обхватывая меня и слитным движением закидывая себе на плечо.