Эта мощь… просто ужасает. Сила, перед которой ты слаб и беззащитен. Как букашка. Это непривычно, — у него дёргается уголок губ. — И всё это — в самой желанной из драконесс.
— Так ты меня боишься? — вскидываю брови и тут же ловлю себя на нелепости вопроса: я же знаю, что Элор говорит правду.
— Мне казалось, это очевидно.
— Но я не думала, что эмоции настолько сильны. Мне казалось, ты просто опасаешься, а не воспринимаешь меня монстром вроде Безымянного ужаса.
Неопределённо пожав плечами, Элор вместо ответа отпивает морс.
Потом всё же говорит:
— Ты понимаешь, как выглядит со стороны момент, когда ты идёшь и при этом вкладываешь в сознания всех окружающих выгодные тебе мысли? Как звучит для стороннего существа твоё предложение переделать нашего врага в послушного шпиона? Вся моя магия правящего дракона даже рядом не стояла с такой силой. — Элор так пронзительно смотрит на меня, что немного не по себе.
Прежде только дедушка столь проникновенно пояснял мне, насколько менталисты превосходят остальных магов.
— И что мы будем с этим делать? — интересуюсь я, начиная понимать, что Элор отнюдь не привыкает ко мне, наоборот, ещё больше осознаёт, как много я могу сделать, насколько я опасна.
— В каком смысле? — настаёт очередь Элора удивляться и поднимать брови.
— Ты меня боишься, — напоминаю я.
— И?
От удивления даже моргаю. Элор продолжает внимательно за мной наблюдать:
— Разве мой страх перед твоими способностями отменяет то, что ты моя избранная, самое дорогое мне существо?
У нас с ним определённо разная логика.
— Элор, мне кажется, страх и нежные чувства несовместимы.
И тут Элор с улыбкой притворно возмущается:
— Я практически всю ночь доказывал свои нежные чувства, а ты до сих пор сомневаешься?! Но раз так, предлагаю снова уединиться для проведения обстоятельной доказательной проверки моей нежности.
Определённо разная логика. Вообще.
Впрочем… даже когда я боялась Элора или думала, что он может меня убить, даже тогда… я испытывала к нему чувства. И хотела его защитить.
«Да не думай ты! Просто не думай! — Жаждущий возмущённо сдавливает мою талию. — Вот честно, так ты только хуже делаешь! Просто живи!»
— Что будем делать с герцогом Ирданским? — спрашиваю я. — Оставим дожидаться наказания или используем для благих целей?.. Нет, это не проявление моей патологической жажды всех изменять, просто считаю неразумным разбрасываться ценными ресурсами в нашем положении.
— Ценный ресурс, — задумчиво произносит Элор, будто пробуя эти слова на вкус.
— Да-да, я страшная и ужасная менталистка, чужие мозги рассматриваю как ресурсы.
— Ри, — вздыхает Элор. — Зачем эта язвительность? Я с тобой не воюю. И даже почти не спорю. И не отказывался от твоего предложения.