Близким к богу станет существо без морали, некогда бывшее человеком, но возглавляющее орден, принципиально питающийся людьми.
Это существо должно быть уничтожено. Любой ценой.
— Он пьёт кровь Нергала, — Элор тоже правильно оценивает происходящее. — Арен, кажется, пора проверить, как долго ты можешь держать самое горячее пламя.
— Надо объединить силы, — в голосе императора сиплые нотки ошеломления. — Давайте поближе к пирамиде подойдём и дыхнём на него все вместе… Или подойдём ещё ближе?
Он оглядывается сначала на сыновей, потом на Ланабет и меня. Слишком растерянный. На миг задерживает взгляд на мне, после чего хватается за взрывчатку и обнимает ящик, словно дитя мягкую игрушку.
А я жалею, что с нами нет Валерии: видя магию, сама обладая огромным резервом, она могла бы направить совместную атаку и помочь включить в неё магию других огненных драконов. Теперь же придётся ограничиться силами Аранских и Арендара.
— Тогда выдвигаемся, — запрокинувший голову Арендар смотрит на вершину пирамиды. — Щит я удержу, переднюю стенку сделаю проницаемой для нашей магии. Но, думаю, лучше мне вложиться в удар полностью. Элор, ты скуёшь Танарэса каменными тисками, тогда мама сможет сдержать своим щитом мелких вампиров."
"— Хорошо, — соглашается Элор, в отличие от брата, глядя на меня пристально, словно всё ещё ожидает глупых порывов.
Это Жаждущий против того, чтобы его лишали сражения с потенциальным полубогом, а я порадуюсь, если эту тварь спалят общим пламенем со мной. Или не общим: вокруг щита Неспящих полно, мне хватит…
— Давайте быстрее! Уверена, чем больше крови пьёт вампир, тем сильнее становится!
Мы переглядываемся, киваем и дружно шагаем к пирамиде. Каменные путы охватывают лодыжки Танарэса — кажется, что охватывают: в последний миг он уворачивается. Тут же отскакивает от каменного щупальца. Слишком быстрый. В блёклых огненных отсветах его лицо уродливо до неузнаваемости.
Не он наша цель, нас устраивает то, что он отступает чуть дальше.
Укрытые огненно-золотым щитом, мы шаг за шагом приближаемся к основанию пирамиды. Участки ряби выдают дефекты, порождённые перемещением щита, и места вампирских ударов. Всё чаще и чаще те налетают на нас, обжигаются — и снова наскакивают, бьются с остервенением. И их всё больше! Вампиры бегут к нам от эльфийской рощи и других драконов, преграждают путь.
— Они реагируют на наше приближение к пирамиде! — выкрикиваем мы с Элором одновременно, но продолжает он один. — Надо взлетать. Арен, удержишь щит?
— Это сложнее, но, думаю, справлюсь. Придётся его расширить.
— Я подстрахую, — обещает Ланабет.
В едином порыве мы раскрываем крылья. Мои кажутся почти золотыми в огненном свете, из-за бликов золотых крыльев и доспехов.
— На счёт три! — командует Арендар. — Раз, два.