Если бы не эта сила, позволяющая физически ощутить тварей и замедлить, меня бы разорвали на части.
Но я иду. И хотя кажется, что преодолеваю эти проклятые ступени целую вечность, знаю — прошло всего несколько минут с начала моего отчаянного рывка.
Лезвия Жаждущего и смертоносные нити Многоликой побагровели от крови. Алые капли блестят вокруг меня взвесью в сгущённой силе телекинеза, тянутся шлейфом.
Рык, звон и свист оружия, булькающая кровь, трескающаяся вокруг земля. Вынужденная отбиваться, я иногда выхватываю взглядом происходящее внизу: золотой щит Аранских закрывает основание лестницы, вынуждая вампиров забираться по менее удобным стенам пирамиды. Скелеты борются с вампирами. Лёд покрывает угол пирамиды, делая его непроходимым. Десятки смерчей носятся по полю за вампирами. К счастью, не все наши противники старшие и очень быстрые.
Очередной удар — очередные полетевшие конечности и фонтаны крови, улетающая вниз отрубленная голова.
Как много уже пройдено за несколько бесконечных минут. Как далеко ещё до вершины.
Вампиры сейчас все на одну морду — страшную, безумную. Их тела искажены, и всё же, когда, будто из ниоткуда, на месте обезглавленного хохочущим Жаждущим вампира возникает ещё одно оскалившееся чудовище, я узнаю в нём Танарэса.
Его лицо запеклось и растрескалось из-за столкновения с щитом Аранских, некогда ухоженные волосы грязны, взлохмачены, опалены и срезаны. Между свалявшихся прядей выглядывает ухо чуть заострённой формы. Сквозь трещины вытекает сукровица.
Танарэс смотрит на меня. Уже целую секунду — архивампиру этого времени достаточно для нескольких ударов.
Тёмные глаза с алеющими контурами радужек, словно у молодого вампира, безумны… Но Танарэс не нападает. И я не поднимаю на него Жаждущего, понимая, что с таким сильным противником лучше разойтись.
Только бы он себя контролировал. Хотя бы немного!
Нити Многоликой умерщвляют ещё трёх напавших со спины вампиров. Телекинезом я отправляю в толпу преследователей гранаты, телекинетическим щитом закрываюсь от ударной волны. БАХ! БАХ! БАХ! Снова звенит в ушах.
— Танарэс, — произношу безжизненным голосом, к которому он привык. — Уйди.
«Хочу его крови!» — рычит Жаждущий, и я резким движением руки отвожу его лезвия в сторону, на бегущих справа вампиров.
Нас окатывает алым, Танарэс протягивает руку. Слишком медленно для удара, но внутри у меня всё сжимается от страха. Он слишком опасен. Слишком!
Обгоревшие пальцы дрожат. Во взгляде не улавливаю ни капли здравого смысла. И всё же Танарэс не атакует. Пока. Что даёт надежду на его способность управлять собой, несмотря на голод.
«Хочу!»
Второй раз отвести Жаждущего полностью не удаётся, алые лезвия ударяют по пальцам, взрезая плоть.