Автор
Кира проводила очередной трудный день в офисе, когда секретарь Милана встряхнула ее плечи: "Не уходите! Игорь Олегович сейчас не свободен". Этот рабочий вечер напоминал предыдущие, но сегодня было что-то особенное. Кира осталась в офисе, надеясь на помощь Миланы — секретарши для искушенного....
— С удовольствием поужинаю с тобой, Виктор, — вздохнула Кира, прогибаясь в спине и подставляя грудь моим поцелуям. Запустила пальцы мне в волосы и нежно помассировала затылок. — Но только если мой босс не задержит меня после работы.
Она шутила, а это хороший признак.
— Он такой тиран, твой босс? — уточнил я. Облизнул по очереди манящие горошинки сосков и подул, отчего они сильнее затвердели и увеличились в размерах. — Мне стоит с ним разобраться?
Кира подавила смешок.
— Временами он бывает просто невыносим.
— Но у тебя же есть защитник от излишних домогательств, — произнес серьезно.
Да, я тоже умею шутить.
— Какой?.. — голос Киры был озадаченным. — От эротических домогательств пару раз спасала Лариса, но босс ее уволил.
— Каков негодяй! — искренне возмутился я. Легонько ущипнул сосок, мягко сжимая округлое полушарие в ладони. — Но ведь другой защитник все еще у тебя на столе. Я о Славике.
Кира рассмеялась, вспомнив о кактусе. А после намекнула, что если бы не колючий дружок, она ни за что на свете не решилась бы на откровенные ласки для босса.
— Еще неизвестно, чей он после этого друг, — весело улыбнулась Кира.
А после мне стало не до смеха. Мы снова занимались любовью, забыв обо всем на свете. Кажется, на какой-то момент я даже перестал дышать. Кира стала моим воздухом.
Но после, чуть остыв от ласк, она посмотрела на часы.
— Тебе пора? — спросил я, не скрывая разочарования.
Она кивнула и, подавшись вперед, поцеловала меня в кончик носа. Детский и немного наивный жест, однако, вызвал у меня прилив подозрительной щенячьей радости. Кира приручила меня. Вот так просто, легким движением худенькой ручки превратила опасного питбуля в домашнего щеночка.
— Мы увидимся уже утром, — проговорила она, все еще не сводя глаз с настенных часов. Время еще детское, без пяти восемь. — А сейчас мне надо, очень-очень, прости.
Я не мог отказать в ее просьбе, чувствуя, что для нее это действительно важно.
— Как насчет прощального поцелуя? — спросил уже у ее подъезда.
Кира не услышала меня. Она, не отрываясь, смотрела на детскую площадку, где на качелях каталась забавная девчушка в смешной шапке с ушками. Рядом, на лавочке, сидела женщина, зябко кутаясь в огромный фиолетовый плащ.
— Ты их знаешь? — поинтересовался я.
Хотел спросить, не та ли это подруга, что часто заходила гости по выходным.
