Автор
Вечер корпоративного ужина превращается в потусторонний кошмар: но-шпой закидываются сотрудники на радость одурманенного Славика. В зале разливаются веселые голоса, а по талии кто-то скользит рука невесть откуда. Казалось бы обычный вечер может перерасти в непредсказуемый кошмар, когда владелец компании начинает рассказывать о своих подоплеках и маневрах....
Со мной все не так случилось, но от того не менее страшно.
Я сама, своими ногами иду к автомобилю, а в руке телефон сжимаю. Который никто и не подумал отбирать. И дверь передо мной вежливо открывают, словно ухажер на свидании.
- Садись, Алена, - лысый похлопывает по обитому дорогой кожей сидению.
И я сажусь. Нутром чую, обострившимся звериным чутьем, что сбежать мне не дадут. И даже если я вопить буду – никто не поможет. Не захочет, или не сможет, что вероятнее всего.
- Вы меня похищаете?
- Считай, что я везу тебя в гости, - улыбается щербато, и подмигивает.
Глупо было надеяться, что он забудет про него, и я протягиваю мужчине свой не слишком новый смартфон в поцарапанном чехольчике. Алексей вежливо кивает, и вежливость его больше на издевку похожа.
От нее еще страшнее становится. Как можно любезно улыбаться, но при этом такую подлость совершать? Я, Чернова Алена, никому не сделала ничего плохого. Хорошего, впрочем, тоже мало успела совершить.
Вообще ничего не успела, жить только начала, полюбила, и вот…
- Не реви, девочка. Бесят меня ваши женские выкрутасы, - уже не так вежливо рявкает Алексей.
А я носом шмыгаю, и беззвучно плачу.
За окном машины город проносится: родной, уютный и поднадоевший. А я сижу здесь, даже сопротивляться не попыталась, и сейчас… вдруг меня в лес увезут, и закопают там, чтобы Саше насолить?
- Не реви, сказал!
- Что он вам сделал? – спрашиваю дрожащим голосом. – И при чем здесь я? Отпустите, прошу вас, я никому ничего не расскажу, только отпустите домой.
- Не отпущу, Алена. Запомни: вот такие, как ты, которые ни в чем не виноваты, и страдают. Такова жизнь, и мне ни капли не жаль. Не спуталась бы с Севером – не пострадала бы, но раз спуталась – терпи. За все платить нужно.
Жестокие слова, но правдивые.
Правда всегда жестока, она не льется патокой в уши. Правда огнем заполняет, выжигая нутро, и кричать хочется, что так не должно быть.
Я ведь знала, что Саша бандит.
Знала, да только фирма наша, кабинет его и костюмы мало на бандитские похожи. Матом не ругается, купола не наколоты, и я просто приняла все это, как малозначительный факт. Он тлел на краю сознания, и я свыклась с ним.
Ну да, бандит. Зато человек хороший.
Глупо.
- Так что он вам сделал?
- Любопытная какая, - смеется мужик. – Что, Север не хвалился достижениями своими? Борзый он слишком, без уважения, хоть и по понятиям живет. Выходи давай.
Выхожу.
