Принесли заказ и мужчины вернулись к трапезе, наслаждаясь ароматным мясом и продолжая разговор.
Вентура согласился:
— Мысли здравые, особенно насчёт женитьбы — сам думал. Надо окольцовывать птичку, пока не улетела.
Он улыбнулся своим мыслям, предвкушая момент окольцовывания: ахренеть, как заманчиво. А возможность держать её в объятьях каждую ночь — вообще сказка!
Константин ухмыльнулся:
— У меня чуйка сработала сразу — понял, что не просто так у тебя глазки загорелись, когда рассказывал про Сокольникову.
Но ты же осознаёшь, что жить с ней непросто будет? Тут либо полное доверие и сердце — открытая книга, либо нечего и затевать — не соберёшь себя потом.
Олег и тут поддержал:
— Знаю. Но жизни без неё не мыслю. Просто п…ц. Веришь?
С Алиной расстался, а она, как пиявка, просто так не отвяжется. Сказала, что беременна от меня, да только Вася — тот ещё рентген. Быстро её враньё раскусила. Решил свозить Алинку к доктору, пусть при мне посмотрит и анализы возьмёт. Нашла кому мозги пудрить, дурочка.
Кстати, давай-ка на выходных махнём на шашлыки к матушке на дачу? Познакомлю тебя с Василисой, Самойлова с женой приглашу — у них нынче второй медовый месяц, так эффективно им моя невестушка мозги вправила.
Звонок телефона оборвал речь Полковника. Он увидел, что вызов от Самойлова, и сразу ответил:
— Да, Игорь. Что случилось?
Лицо Вентуры сначала побледнело, а затем краска залила его густой тенью. Волков знал это выражение: так у Полковника медленно трогалась с места крыша.
— Выезжаю. Ждите меня около гостиницы, — резко бросил тот начбезу, и сорвался с места, словно под ним рванул снаряд.
Затем вспомнил про друга:
— Костян, оплати счёт. Петрович сказал, Вася после встречи с каким-то хмырём в гостиницу приехала. Убью, на…й! Обоих!
И, роняя по дороге к выходу стулья, Полковник побежал к машине. Забыв про счёт, пальто и своё спокойствие.
Выруливая со стоянки, одной рукой начал массировать грудь:
«С…ка! Как же сердце-то болит, б…ть! Хоть бы не сдохнуть, пока еду…»
***
К гостинице они приехали с Самойловым и его бойцами одновременно. Ввалились в холл и замерли на месте.
Василиса стояла у стены, обнимала за плечи какого-то высоченного хрена и, закрыв глаза, растворялась в поцелуе.
У Вентуры тут же упало забрало.
Кровь вскипела и бросилась в голову. Красная пелена легла на глаза."
"Ещё секунда, и он бы бросился на противника. В голове азбукой Морзе звучал приказ: «Убить! Разорвать! Голыми руками! Разбить башку! Об стену! Пристрелить!»
Но сердце болело и не давало тронуться с места. Сжималось до пульсирующей точки, предупреждая: «Одно движение, чувак, и ты труп!»
И он боялся.
Нет, не умереть. Боялся показаться слабым: дёрнуться вперед и упасть, не достигнув своей цели.