Автор
В Москве начинается расследование загадочного исчезновения. Но главную роль в этом драматическом деле играет невидимая фигура — секретная сотрудница, работающая на стороне правоохранителей. Великолепное освещение белградской ночи и заполненные опасностью гул аэропорта создают идеальную атмосферу для этого неожиданного открытия....
Разумеется, она, как всегда, была во всеоружии своего неотразимого обаяния и красоты, которую отнюдь не портил строгий форменный мундир с погонами юриста первого класса. Надо было отдать ей должное: не каждой из вчерашних выпускниц юрфака удавалось сразу после практики бросить якорь в Генпрокуратуре. Лиле это удалось. И в немалой степени благодаря Турецкому.
— Здравствуйте, Александр Борисович, — приветливо улыбнулась девушка. Но тотчас, понизив голос, озабоченно спросила: — Что случилось, Саша? У тебя такое лицо, будто ты лягушку проглотил.
— Жабу суринамскую, — ответил тот. — Ядовитая, сволочь, оказалась.
— Я слышала, ты попал в аварию? — озабоченно спросила Лиля. И тут же с лукавой усмешкой поинтересовалась: — Надеюсь, не очень сильно пострадал?
Турецкий выразительно глянул на девушку. И на мгновение, будто в рентгеновских лучах, снова увидел ее без этого мундира, как и вообще без всего.
— Нет, солнышко. Можешь не беспокоиться… А теперь пойдем со мной. У меня есть для тебя одно срочное дело.
Войдя в свой новый кабинет, Александр Борисович с тоской вдохнул стойкий и унылый казенный запах, присущий большинству нежилых помещений, запах рутины и напрасно загубленной жизни, и машинально закурил, хотя Лиля всякий раз напоминала ему, что не выносит табачного дыма. Вот и сейчас, остановившись в дверях, она брезгливо поморщилась, однако ничего не сказала.
— Значит, так, — начал Турецкий. — Слушай меня внимательно, солнышко…
Поручение, которое он дал Лиле, заключалось в следующем: при своем более чем разностороннем опыте следственной работы Александр Борисович еще не сталкивался с делами о незаконной торговле человеческими органами и для начала должен был изучить все последние публикации на эту тему.
— А для чего тебе это? — удивленно спросила она. — Или ты собираешься писать бульварный роман?
— Пожалуйста, солнышко, не задавай лишних вопросов… Эти материалы нужны мне сегодня.
— Ясно, господин надзирающий прокурор, — так же официально ответила Лиля. И обиженно заметила: — Может, ты мне все-таки скажешь, что случилось? Или это опять не женского ума дело?
Вместо ответа Турецкий подошел к ней, мягко обнял и нежно поцеловал в губы.
— Прости, солнышко, больше ничего рассказать не могу. И нечего на меня дуться… Все, иди. Мне подумать надо.
