Автор
В Петрограде шло подготовка к Рождеству, но среди праздника скрываются подозрительные фигуры: статский советник Лыков наблюдал за тем, как люди теснятся в трамвае и магазинах. В это время поджидается один из главных сюрпризов года — секретный вечер императора Александра III....
Ходобай был в курсе готовящейся операции. Он помог начальнику переодеться в германский мундир и пошел вместе с ним в штаб 70-го Ряжского пехотного полка, который обеспечивал переход линии фронта.
После гинденбургского нажима с апреля по август боевая активность стихла. Солдатам с обеих сторон лень было рыть сплошные окопы. И в промежутках между укрепленными участками, там, где были овраги, болота и прочие неудобицы, образовались бреши. В такую брешь и сунулся смельчак. Сквозь лес до подходящей топи его провела команда пешей разведки ряжцев.
– Ну и здоров же ты, Вася. Вернусь – с меня шкалик.
– Вы, главное, возвернитесь, – с достоинством ответил детина, переводя дух. И отправился обратно, стараясь не шуметь. А штабс-капитан, точнее, лёйтнант, пошел на запад.
Он двигался лесами, обходя ближние тылы противника, целые сутки.
Ночью идти по лесу стало невозможно, и офицер вышел на рокаду. Там его подсадила и довезла до местечка Руженицы пустая патронная двуколка.
Лейтенант Матеус на этих словах извлек из кармана шинели фляжку и многозначительно ею побулькал:
– Мы, пулеметчики, не лыком шиты! Но нужны рюмки.
Интендант послал керла[112] добыть закуску, два офицера выпили картофельной водки, и им стало совсем хорошо. На этап ночью никто не пришел, хлопот у начальника пункта было немного, и состоялся длинный разговор обо всем на свете.
