Автор
В Петрограде шло подготовка к Рождеству, но среди праздника скрываются подозрительные фигуры: статский советник Лыков наблюдал за тем, как люди теснятся в трамвае и магазинах. В это время поджидается один из главных сюрпризов года — секретный вечер императора Александра III....
Секретным приказом произведен в подъесаулы и награжден Анной второй степени с мечами. А порочный иностранец Мирзабула сидит в тифлисской военной тюрьме, и его допрашивает контрразведка. Учись у сына, старый гриб.
Сыщик продолжил спорить, но разведчик прикрикнул: делай что тебе говорят! Вот станешь действительным статским советником, тогда будет другой разговор, а пока подчинись.
Их спор прервало сначала появление подпрапорщика-бодиста[136] с пачкой телеграмм, а затем маленького седоволосого генерал-лейтенанта. Их превосходительство вошел в комнату боком.
– Виктор Рейнгольдович, вы не один? – прошепелявил он. – Когда можно зайти?
– Я сам зайду, Вячеслав Евстафьевич, через четверть часа.
Генерал удалился. Лыков спросил:
– Что за чучело?
– Тот самый Борисов, который заменяет начальнику штаба Алексееву мозжечок. Я же рассказывал…
– А… Помыться бы ему…
– Пытались – не дается, – улыбнулся барон.
У них осталась одна неясность. Через организацию Макаева – Главанакова – Мирзабулы ГУГШ дурило не только турок, но и немцев. Тем очень хотелось знать заранее направление главного удара русской армии в грядущую весенне-летнюю кампанию. Настоящий удар Ставка готовила на Западном фронте, а в качестве дезинформации предлагала Юго-Западный. В таком духе Анисимов и сообщал в Берлин. Однако обстановка изменилась. В минувшем 1915 году, когда русские армии откатились далеко на восток, лишь одна Италия помогла ей тем, что напала на Австро-Венгрию.
– Как поступим с Брусиловым? – заострил вопрос Лыков.
– Будем держаться прежней линии, – развеселился барон. – Противник подумает, что это дезинформация. А нам того и надо.
Статский советник уже направлялся к двери, когда генерал-майор сказал ему в спину:
– Ты мне скоро понадобишься. Поедешь в Гагры.
