Автор
В Петрограде шло подготовка к Рождеству, но среди праздника скрываются подозрительные фигуры: статский советник Лыков наблюдал за тем, как люди теснятся в трамвае и магазинах. В это время поджидается один из главных сюрпризов года — секретный вечер императора Александра III....
Как нога? Нормально? Слава богу! Напишу сейчас барону, он сам кавалер золотого оружия, пусть порадуется за тебя. Обскакал ты в наградах брата! А за что дали?
– Моя рота захватила их горную батарею. Австрийские «шкоды» калибра семьдесят пять миллиметров.
– Но ведь по статуту за такое полагается крест! – воскликнул отец. Связь на короткое время прервалась, потом статский советник заговорил снова: – Почему же шашка?
– Не знаю, пап. Возможно, потому, что горные орудия считаются второсортными в сравнении с полевой артиллерией.
Закончив разговор, передав всем приветы, Лыков-Нефедьев отправился выполнять поручение отца. Тот мужчина серьезный, зря сына-офицера отвлекать от дел не будет.
Так и оказалось. Полицмейстер через секретаря передал ему телеграмму из столицы. Алексей Николаевич просил Чунеева навести справки о некоем Нургалие Мирзабуле. Этот персидскоподданный держал ломбард в Москве на Маросейке и был выслан из пределов Российской империи навечно, как порочный иностранец.
Николай даже обрадовался, прочитав экспресс[87] от отца.
Через неделю в кабинете Юденича собрались четверо.
Генерал от инфантерии показал на карте, что он задумал. Летом Юденич перебрасывал войска с сарыкамышского направления в Персию и на свой левый фланг, к озеру Урмия.
