Следователь прокуратуры Петровский убивает опасного бандита Курлова и вынужден расследовать собственное преступление. Осложняется ситуация тем, что оба когда-то работали в секретной программе ФСБ «Чистые руки». Петровский – внедренный агент, и любая его оплошность может разоблачить всю...
Раздел Chitat.online для книги «Секретные поручения 2. Том 1» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Следователь прокуратуры Петровский убивает опасного бандита Курлова и вынужден расследовать собственное преступление. Осложняется ситуация тем, что оба когда-то работали в секретной программе ФСБ «Чистые руки». Петровский – внедренный агент, и любая его оплошность может разоблачить всю...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Следователь прокуратуры Петровский убивает опасного бандита Курлова и вынужден расследовать собственное преступление. Осложняется ситуация тем, что оба когда-то работали в секретной программе ФСБ «Чистые руки». Петровский – внедренный агент, и любая его оплошность может разоблачить всю...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Секретные поручения 2. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В комнате царил мягкий золотистый полумрак, плавно скользили тени. Это Людкина спальня. Кровать торцом к окну, так что можно сосчитать деревянные шишечки на спинке. А вот и сама Людка – в распахнутом халате, бедовая, белогривая, с длинными крепкими ногами, лицо испуганное и злое. Стоит руки в боки, втолковывает линию партии кому-то невидимому. Как из пулемета: тра-та-та-та.
Из-за противоположного края портьеры показалась рука. Один миг – и вот Людка отлетела, упала поперек кровати, влепившись затылком в стену. Ее сочные матюки прошили двойную раму и закрытую амбразуру форточки.
Зае…сь ты в жопу, говнюк недоделанный!.. Конь колхозный…
Она уже подобрала ноги, чтобы вскочить, когда сверху на нее обрушилось тело. Большое тело и сильное. Мужик. Парень. Он скрутил Людку, как резиновую куклу. Схватил за лицо, так что нижняя челюсть воткнулась в горло, ударил слева, справа. Людкины волосы взметнулись светлой копной. Растерянная, растерзанная, с мокрыми щеками и вылетевшей из халата голой грудью, бедовая шалава Людка Борщевская вдруг превратилась в беззащитную школьницу. Парень отпустил ее голову, и она безвольно ткнулась в стену. Потом рот судорожно раскрылся, тело выгнулось дугой – наверное, под дых ударил, скотина. Большие мужские ладони приподняли ее голову…"
"Денис понял, что сейчас он влепит ее затылком в бетон. Намертво.
«Мурло, – подумалось ни к селу ни к городу. – Оно кругом. Как жить?»
Мощный вихрь адреналина приподнял Дениса над раскисшей землей, чтобы в следующую секунду бросить его в парадное, перенести через лестничный марш и обрушить на дверь Людкиной квартиры…
Но тут парень обернулся, и Денис увидел его лицо.
Это был он сам. Жесткая нитка губ, перечеркнутые тенями впалые щеки, откинутые назад волосы. В широко расставленных глазах – угрюмая решимость смертника. Да, это он сам. А Людка – это Валерия…
Денис отшатнулся от окна. На какое-то мгновение сходство показалось ему до того разительным, что он невольно поднес ладони к лицу, словно желая удостовериться в том, что вот он я, вот! Здесь – не там! И мои руки чисты, я никого не бил и не убивал!
Между тем парень, продолжая придерживать Людкину голову, нашаривал что-то рукой на кровати. Всего лишь носовой платок. Он сделал неловкую попытку вытереть ей щеки от слез. Она отшвырнула руку. Он наклонился к ней и что-то произнес. Потом неожиданно поцеловал. В одну щеку, другую. Сначала левую, потом… Людка резко отвернулась. Но Денису было видно, как ее пальцы легли парню на плечо. И сжались – когда он накрыл ладонью ее грудь и поцеловал выступающий темный сосок…
Денис заставил себя отвернуться. Никто никого не убивал, и даже не собирался.
