Важняк самодовольно усмехнулся. Крутился-крутился, шпрот несчастный. Докрутился. Осталось всего ничего. Осталось только решить, что делать со всем этим добром, которое накопилось в картонной папке…
И тут Курбатова осенило. Он даже перестал улыбаться. На выезде со двора его машина, не притормаживая, выскочила на проезжую часть, «подрезав» переполненный автобус. Водитель автобуса одновременно врезал по тормозам и сигналу на рулевом колесе. Па-ааау!.. Пассажиры навалились друг на друга, заворчали, кто-то громко выругался. Опять эти, едрить их, на иномарках… Но Курбатов был уже далеко. Он думал о своем.
Ладно, прокурор Степанцов, Суша, Гуль – это спетая песня и пройденный этап. Если идти дальше, то возникает следующий вопрос: а кто же в конце концов убил Курлова С. И., того самого «Х»? В свете-то последних данных… Ого. Стоит только задать себе этот вопрос, только задать – а ответ уже сам в руки прыгает: тепленький, кругленький. Кто ж с ним в паре-то был, с Курловым? Ага. Кому было выгодно убрать его, как лишнего свидетеля? Ага…Теперь мы знаем, кто и кому.
«Ай да Курбатов, – сказал себе важняк. – Ай да сукин сын! Даже не так – ты гений следствия!»
По дороге из СИЗО он купил бутылку водки и упаковку копченого лосося, с коими и явился вскоре пред светлые очи начальника экспертно-криминалистического отдела майора Варашкова.
– Не ждал, Семен Константиныч?.. А я вот мимо ехал, думаю: а не выпить ли нам водки?
– Ух ты, «Тиходонская»! Да у тебя и закусь шикарная! А хлеб есть?
– Хлеба нету. Забыл.
– Интересно – хлеб вроде самая простая вещь, а его всегда забывают. Почему?
– Потому и забывают, что простая…
– А у меня, кстати, есть. И тоже потому, что простая!
– Диалектика! Ну давай, за все хорошее!
И понеслось-покатилось… Стукаются граненые стаканы, переливается их огненное содержимое в привычные к такому огню желудки, веселит кровь, копченые ломтики красной рыбы оттеняют чистоту водки класса «премиум», задушевно течет беседа.
Как работается? Да полегче стало. Как статью за холодное и газовое отменили, так и количество экспертиз упало. Теперь хоть можно дух перевести. Неправильно все это. На руку преступникам играет. Но мы-то что можем? Ничего. А легче стало – и слава богу! А как твои дела? Да ничего, спасибо. А у тебя что слышно? Да все путем, холостякую вот в свое удовольствие. Кстати, о холостяках. Петровский-то наш крепко запил, похоже. М-да. Какой Петровский? Ну, как какой – тот, что на Контору работает. Не слышал, что ли? Во-во. Он сейчас убийство в Первомайском парке ведет. Ну, сам знаешь, как. Из стакана не вылезает. А мне Рахманов по шее, мол, попустительство, старший товарищ обязан… И все такое. Ну, так я насчет этого. Он же вам что-то скинул на экспертизу по тому огнестрелу? Пистолет. Отлично.