Но опять же из-за языков.
Он аккуратно придвинул чашку Денису.
Следователь усмехнулся.
— Ты еще про колумбийский галстук вспомни!
Проша не обратил на подначку внимания.
— В конце восьмидесятых все здесь было по-другому: стояли кабинки с вытяжкой, но полудохлых грилевых кур никто не брал, зато вовсю курили травку, «улетали», «гуляли по орбите». У Толика-бармена под стойкой стояла корзина с обычными спичечными коробками, в коробках — анаша, он толкал их по четыре-шесть долларов за штуку. Никаких проблем не было, милиция в ус не дула, старый хозяин только успевал подсчитывать прибыль. Потом ни с того ни с сего Толика измордовали какие-то хулиганы, он месяц пролежал в гипсе и срочно уволился, у хозяина вдруг сгорела дача, кафе тут же продали, кабинки снесли, вытяжку убрали… Полная реконструкция, европейский ремонт. Вот такие дела.
— А сейчас?
Проша пожал плечами.
— Что сейчас? Кофе, пирожное, сардельки. Две бутылки коньяка за день разойдутся — и то хорошо. Новый владелец живет в Степнянске, весь его бизнес там, он давно спихнул бы этот «Космос», если бы нашел подходящего дурака. Таких точек в городе наберется не больше десятка, а во всех остальных торговля идет валом. Если сам хозяин ленится или боится связываться с «дурью», так дилеры приходят, торгуют.
— А тогда, в восьмидесятых, ты работал здесь? — спросил Денис, прихлебывая кофе.
— Нет. Кто работал в «Космосе», тот давно за стойкой не стоит, свое дело успел завести…
— Или гниет на свалке.
— Может, и так, — не стал спорить Проша. — Бедняга Толик до сих пор еле ходит.
Денис выпил кофе, положил пятитысячную бумажку на блюдце. Предложил Проше еще сигарету, тот отказался.
— А про кафе «Лабинка» слышал что-нибудь?
Проша взял фартук со стула, вытер руки.
— «Лабинка»… Кто там на раздаче? Ашот? Гена?
— Ираклий.
— Не знаю. Даже если бы и знал, вряд ли я что-то смог бы тебе рассказать.
Зачем?.. Вот ты сам, Денис, только честно — ведь пыхтел когда-нибудь, а? Нюхал?
Денис рассмеялся, покачал головой.
— Не может быть, — сказал Проша. — Не верю. Даже на выпускном?
— Вино пил на выпускном, — сказал Денис. — Потом было очень плохо.
— Ладно заливать-то.
Проша поправил очки на носу и заговорщически подмигнул.
* * *Свидетелей из агеевского списка Петровский вызывать в прокуратуру не стал — допрашивал на работе или дома. Всего их было двенадцать человек, но показания дали только четверо. Впрочем, он и этого не ожидал.
Аккуратно подколов протоколы скрепкой, Денис сунул их в «дипломат». «Сними копии, — подсказал Холмс. — Со всех материалов этого говенного дела сделай копии. И спрячь. Мало ли как обернется…»
В прокуратуру он приехал около трех. Таня Лопатко курила в коридоре, оперевшись о подоконник.
— Привет, — сказал Денис.