В секретной операции Москвы Москвитин становится ключевым чиновником, а офицер спецслужб Большаков ждет сообщений из Чечни о ходе удачной операции. Москвитин сообщает о грузе, перехваченном и бандах, где большинство врагов было уничтожено.
Адвокат взглянул на бандитов:
– Ну, что вы стоите? Или вам деньги не нужны? Желаете что-то иное получить за работу?
Грот кивнул Пирогову:
– Гена, открой кейс, пересчитай деньги!
Пирог направился к столу. Шнуров подошел к Гротову, продолжая, как и главарь, держать руку в кармане на рукоятке пистолета.
Видя это, Шаман невольно улыбнулся. Ему хотелось рассмеяться во весь голос, но он сдерживал себя. Ребятки рассчитывают, что у них будет время опередить бывшего майора милиции, если тот решится выхватить пистолет.
Пирогов раскрыл кейс, вывалил на стол кучу пачек стодолларовых купюр. Повернулся, улыбаясь во весь рот, к Гроту: смотри, мол, вот они, деньги. Большие деньги! Шаман отметил, как в глазах и Грота, и Шнурова блеснул алчный огонек. Подумал, а ведь можно в принципе и не трогать эту братию. Сами друг другу горло перегрызут при дележе гонорара. И, скорее всего, всех опередит Шнур. Хотя и Грот не подарок. Но ладно! Наслаждайтесь, ребята, последними минутами жизни! Одно вам утешение – умрете сразу и безболезненно.
Пирогов считал доллары пачками, складывая их обратно со стола в кейс. Наконец, вспотев от напряжения, закрыл крышку чемодана:
– Все! Триста «штук»!
Адвокат поднялся:
– Ну а теперь я принесу обещанный коньячок. Выпьем по грамульке, и на месяц вы, ребята, свободны! Отдыхайте, кайфуйте! Трахайте мулаток на экзотических островах. Месяц ваш. Минуту, я быстро!
Голиков начал подниматься по лестнице.
Грот успокоился, но глаз с Шамана не сводил. А тот сидел в кресле, с улыбкой глядя на бандитов. Вдруг бывший майор привстал, опустив руку к бедру. И тут же два пистолета уставились на него своими черными, несущими в себе смерть зрачками. Это Грот и Шнур среагировали на движение помощника адвоката. Тот изобразил удивление:
– Вы чего, парни? С ума спрыгнули? Я сигареты достать хочу.
Грот почувствовал себя неуютно.
