Я разрывался между желанием ему помочь и необходимостью поддерживать на поверхности мистера Гарсию. Наверное, ему досталась большая доза: он почти потерял сознание. Крупный светло-серый дельфин тяжело опирался на нас, слабо шевеля плавниками, а его полуприкрытые чёрные глаза уже стекленели.
– Мистер Гарсия, вам надо превратиться, скорее! – молил его я.
Дельфин медленно перевёл на меня взгляд:
– Да, я знаю… Я… Как это делается? Я…
– Фаррин, не сдавайся! – Мисс Уайт ткнула его в бок.
– Ну же, превращайся! СЕЙЧАС ЖЕ!
Поддерживая его, я заметил, что он перестал дышать.
Я закричал. Это был мысленный, не слышный людям крик отчаяния, что тот, кто так много для меня значит, умирает. Инстинктивно сфокусировав мысли, я послал учителю в голову его человеческий образ, вложив в этот импульс все свои силы. Так, как он недавно спас горбатого кита-оборотня Вейва от непроизвольного превращения в тюрьме."
"Улыбающийся Фаррин с растрёпанными от ветра волосами за штурвалом «Турборыбы».
С руганью склонившийся над неисправным подвесным мотором. Радостно заявивший мне на уроке превращений: «У тебя прирождённый талант к превращениям, Тьяго!»
И тут произошло не одно чудо, а целых два. Во-первых, мой импульс подействовал: его тело превратилось, плавники стали руками, а морда с закрытыми глазами – человеческим лицом.
Второе чудо – к нам стремительно приближались две акулы: тонкая синяя акула с длинными плавниками и пятиметровая тигровая акула.
– Кажется, у вас тут проблемы? – спросила Айрис Андерсон, моя мать.
– Вообще-то мы хотели навестить тебя в школе, но потом заметили, что́ тут творится, и услышали твой крик, – добавил отец.
– Поддержите третьего дельфина! – только и сумел выговорить я, и мы с мисс Уайт, превратившись, перетащили потерявшего сознание мистера Гарсию в надувную лодку.
Я надеялся, что теперь-то он снова задышит.
Но он не дышал.
Мисс Уайт пощупала ему пульс и выругалась.
Торопливо натянув чьи-то плавки (оказалось, это плавки Ральфа), я бросил мисс Уайт пляжное полотенце, и учительница борьбы начала делать мистеру Гарсии непрямой массаж сердца. Скрестив ладони на его грудной клетке, она стала размеренно с силой на неё давить. Тридцать раз надавить, два выдоха в рот, снова надавить.
Я оцепенело наблюдал за этим, держа мистера Гарсию за руку. Бледный от страха Линус всё ещё стоял у штурвала.
