Тревожно-зловещая атмосфера ложится на страницы этой книги, как мокрый пушистый мех на сильном холоде. Сцена знакома и захватывающая: человек чувствует себя ужасно потерянным в темном пространстве. Активность мысли при этом резко падает, заменяясь острыми ощущениями боли и неясности....
Тонированные задние стёкла и мягкость сиденья создавали иллюзию изоляции и защищённости.
— Хорошо ещё водитель попался не болтливый, — подумала я и потихоньку стянула туфли на соответствующей случаю шпильке, — фу-уф.
Рассеянно наблюдая мельтешение цветных всполохов за стеклом, я погрузилась в невесёлые размышления.
Сорок пять лет. Вполне себе успешная бизнес-леди с крепким, хоть и не очень большим производством. Симпатичная ухоженная сероглазая блондинка. Не сказать, что худышка, но в форме. Да, в нашем возрасте быть доходягой уже и не прилично, и не красиво.
Только держится это всё исключительно на характере и нисколько не то, чтобы не радует, а саму себя не впечатляет что ли. Больше всего на свете я хотела детей. А их нет. Мужа тоже. Нет, он до какой-то поры был, но теперь — нет.
Причиной нашего разлада, а потом и развода с Сергеем в своё время, собственно, и послужило отсутствие ребятишек. Столько пройдено обследований, лечений — и всё без толку. В конечном счёте, Серёжа начал попивать.
Я — в то время ещё просто учительница русского языка и литературы в старших классах Лицея Европейской Культуры — едва не сошла с ума, пытаясь найти выход. Но биться за семью нужно было вдвоём, с терпением и настойчивостью, а получалась игра в одни ворота. Мой муж оказался не самым сильным человеком и пошёл по пути наименьшего сопротивления.
А может просто любви не хватило. Или бог его знает чего ещё. Я в своё время смертельно устала себя виноватить и заниматься самокопанием, так и не найдя ответа на этот вопрос.
Вот уж с кем и в огонь, и в воду. Где надо — поддержит, когда нужно — промолчит, а главное — вовремя по пятой точке надаёт, чтобы не хандрила.
Племянников я обожала и баловала, за что регулярно получала выговоры от сестры и её мужа Коли — мирового мужика и, хоть и любящего, но сурового родителя.
"Особенно когда к нашей компании присоединялись Света с дочкой Машкой — небесным белобрысым созданием с голубыми глазами и рассудительностью моей бабули.
