– Мужчине, который изменяет такой женщине, нужно отрубить голову, – заявляет с акцентом водитель, вызвав у Насти улыбку, и прибавляет скорость своей Дэу Нексии, заставляя Настю вжаться в кресло и надеяться, что машина не рассыпаться от скорости.
– Не будем так радикально, – смеется она. – Развода вполне достаточно.
Водитель высаживает Настю на том месте, где она видела Влада, перед эпичным походом в кафе.
И вот тут она поняла, что не знает, что делать дальше. Он отошла в тень дома и принялась ждать. Чего…? Она и сама не очень понимала.
Шанс, что Влад приехал именно сюда, ничтожен. Еще меньший шанс, что она успела раньше него.
В тот раз он затерялся в переулке и остается только уповать на мужика, в которого так верит мама.
А ей в кого верить? Только в себя. И в Артема, который точно не будет трогать сына.
Она прижалась на мгновение к шершавой стене, чувствуя, как тоска охватывает сердце. Одна только мысль, каким бы вырос Темка, будь у него такой отец, тисками сжимает душу, заставляя ныть и рваться на части.
Нет, жалеть о своих поступках глупо, нельзя изменить прошлое, а вот не совершать новых ошибок в будущем очень важно.
Над городом тем временем сгустились сумерки, и Настя заметила, что, несмотря на ярчайшую иллюминацию, освещавшую проспект, в ее закутке было темно и сыро.
Мимо шли люди, не замечая девушку, зябко поежившуюся. Но даже не от холода… Просто стоять вот так, одной без элементарных средств защиты было неприятно.
И уже мысль обратиться за помощью к отцу или Артему казалась не столь глупой, а Настина попытка поиграть в феминизм, так вообще ерундой.
Настю уже потряхивало от страха и ужаса, особенно, когда послышался скрип двери в дипхаус, странные напоминающие блеяния звуки.
Она увидела прямоугольник красноватого света, который впрочем тут же загородил верзила.
Настя попыталась взглядом охватить всю фигуру мужчины, но сделала это с трудом.
– Вас ждут? – пробасил он хрипло, и Настя сильнее вжалась в стену, чувствуя как заледенело все внутри, а по спине стекает капля пота. Но даже страх не перекрыл доступ к кислороду и работе мозга. Она думала. Думала. Думала.
Судя по звукам и окрасе бликов на плечах охранника, а самое главное труднонаходимости этого места, Настя оказалась в барделе.
Куда еще мог пойти муж и где еще мог спускать такие большие суммы.
– Да, я специально для Владислава Чернышевского, – дрожащим голосом сообщает она и, сделав глубокий вдох, все-таки расправляет плечи.
Шлюхам не гоже стесняться. Надо играть до конца.
