Автор
В "Селфи на балконе" Снатёнкова переносит читателя в мир, где каждое действие тщетно пытается скрыться от ушной башни. Как незаметный комок зажигательного каламбура, который в одно мгновение превращается в оглушительное драконье вой синхронизирован со стуком в двери и грохотом обрушивающейся на пол входной двери. Внутри — фурия, готовая вылить всё вино из бутылок по всем углам, а неумолкаемый голос: "С какой по счёту за эту неделю?"...
Мысленно дала себе пендель, понимая, что только от меня сейчас зависит поговорим мы или нет.
— Ребят, дышать не забывайте, ладно? — не удержалась, когда идиотское молчание действительно затянулось. — Вик, поговорим?
— О женской дружбе?
— И о ней тоже.
— Ты разве о ней что-то знаешь? — не сдерживается она, отрываясь от гаджета. Ну, по крайней мере, ее сарказм заставил народ доказать, что они все еще живы, и не превратились в мумий.
— Давай без цирка. — Я сейчас и так на клоуна была похоже, от которого ждут каких-то действий.
— Правильная Шведова. — фыркает она, но с дивана все же встает. Обходит меня, настолько близко, что я даже была уверена, что она не удержится, и плечом в меня заедет. Но нет, Вика и не смотрит.
— Дверь слева. — Подсказывает ей Кристина, и я вижу, как бывшая соседка скрывается в комнате. — Посмотрели? На этом закончим.
Киваю девушке, которая отвлекает толпу зевак, а сама иду по известному адресу, который в трех шагах от меня находится.
Звягина крутится на стуле, смотря в потолок. Знает, что я рядом, но внимания не обращает.
Встала возле нее, удерживая кресло, мешая девушке сделать еще один поворот. И снова эта пауза. Тишина, которая уже надоела мне за сегодня.
— Мне надо с тобой поговорить. Давно уже надо, но момента подходящего не было.
— И в этом я виновата? — Узнаю Вику. И эту привычку наезжать на собеседника, когда ей не нравится ход разговора. Легче ведь закидать встречными вопросами, чем просто посидеть молча.
— Разве нет?
— Ближе к делу, подруга. — Сквозь зубы говорит она, отталкиваясь ногами от пола, отъезжая от меня. — Перемотай сразу туда, где ты моего парня уводишь.
— Он не твой парень. Мы обе об этом знаем. — Твердым, уверенным голосом сказала я, на миллион процентов уверенная в этом.
— Он мог бы им быть.
— Но не стал.
— За это, кажется, тебя стоит благодарить.
Не обращаю внимания на легкий, но все же гнев, и сажусь на кровать, крепко сжимаю пальцы.
— В тот день, когда нас хозяйка выгнала, Корнеев меня к себе забрал.
Вряд ли Вика поймет, но рассказать было необходимо.
— Молодец. Оперативно сработала. — Она заносит вверх большой палец, натягивая на лицо косую улыбку.
— Нет. — качаю головой в разные стороны. — У меня выбора не было.
