В глубинах сна я прятался за щитами, как зверь за стеною, но даже это не помогло. Лезвие пробило их так effortlessly, будто иголка скользнула по коже. Рефлексы старшего учителя гашишинов мгновенно включились, и тело отреагировало с поразительной быстротой. Началось движение - как вкопанное.
Похоже, «Семь Нагибов на версту часть 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И не забывай, родной, что ты сейчас спасаешь свою шкуру только от нас. А вот с Ее Высочеством тебе придется разговаривать отдельно. И если ты будешь хорошим мальчиком, я обещаю замолвить за тебя словечко.
— Она твоя рабыня, а значит, сделает все, как ты скажешь! — принял он таблетку от храбрости.
— Рабыня, ага. Но видишь ли, какое дело — она совсем не чувствует себя таковой. В правах не урезана, делает что хочет, да и не подчиняется мне. А знаешь, почему? Потому что я лишний раз не хочу конфликтовать с императорским родом. Лиза так же чиста и невинна, как в тот день, когда мы с ней впервые встретились. Так что я могу лишь ее попросить, но никак не приказать. Но после твоих слов я уже сомневаюсь в необходимости этого. И поспеши — она собиралась пожаловаться на вас брату. А он военный. Не удивлюсь, если к вашему поместью уже выдвинулись отряды боевых магов. Хула на царя — хула на бога.
И да, мы забыли последний по списку, но не последний по значению пункт — извинения Алеши. Даже не так — он для меня, наверное, самый главный. Расскажи-ка нам, как ты всех Нагибиных в рот имел и насквозь видел.
— ЧТО-О-О-О-О⁈ — взревел Лопухин.
— А вы думали, это шутка? — невинно поинтересовался я. — Неа. Даже запись есть. Не буду ее удалять. Пока не буду.
Алеша сидел, сильно вжав голову в плечи, и явно чувствовал поротой жопой, что она еще не раз встретится с твердой ногой отца. Он уже тысячу раз проклял тот день, когда пошел в этот торговый центр. Тогда идея подсесть к Нагибину показалась ему веселой. Но вот сейчас ему было совсем не весело. Умные люди просветили и, можно сказать, открыли глаза на то, что он натворил. И чем больше он слушал, тем сильней росла в нем ненависть к этому роду. Но увы, сделать он ничего не мог — только терпеть и, подобно отцу, унизительно ждать их решения. Потому что дыхание смерти он ощущал сейчас очень хорошо. Ее коса замерла в миллиметре от его горла и только и ждала команды своего хозяина на взмах.
— Не слышу вашего положительного решения, — я был настроен крайне дружелюбно. Ну вот не нравились мне Лопухины. Совсем. Наглые, беспринципные — гиены, что с удовольствием набрасывались на ослабевшего противника, не рискуя вступать с ним в схватку, когда он силен. Прочитал я выкладки аналитиков про них. И там было более чем достаточно, чтобы совсем не испытывать жалости. Они и породниться с нами решили лишь потому, что рассчитывали на грозную фамилию, которой можно будет пугать.
