Итак, барабанная дробь… Твой красавец предложил секс без обязательств в грубой форме и с оскорблениями… Вариант Б — Елизавете Романовой!!! Все дружно радуются пожару в твоем поместье!!!
Увы, вы проиграли, и приз, оплачиваемый вами, уходит к ведущему, то есть, мне. Я прям через трубку слышу твою радость, Рудик. А теперь порадуй меня банковским переводом и списком всего твоего имущества. Насчет извинений я еще подумаю. Ну, или не порадуй, но тогда я приду и заберу вообще все. И не забывай — тебе еще с Ее Высочеством разбираться. А она очень расстроилась, и учти, она не такая добрая, как я.
Да, именно так и сказала — сравняю, мол, поместье Лопухиных с землей. И я тебе даже помочь не могу, потому как она ушла — наверное, грабли искать. Ими же удобней всего равнять, чтобы ты знал.
Так что ты мне на это все скажешь, Рудик? Часики тикают, проценты растут, а мое настроение ухудшается. Что скажешь?..
Глава 17
…Встретиться хочешь? Ну давай, подъезжай в торговый центр. Я тут как раз нахожусь. К тебе? Нет, не поеду. Я ж такой… Увижу чего, захочу себе, а ты не отдашь. Потом война, а оно нам надо? Ну ладно, ты и мертвого уговоришь. Давай ко мне, ну скажем, через час. Время-то уже позднее, а у меня режим. Рано спать ложусь… Ну вот и договорились — приезжай, гость дорогой, буду ждать.
Я положил трубку и с удовольствием посмотрел на свой цветник, который мирно кушал, разговаривая шепотом, чтобы мне не мешать. Ну разве не умницы? Вижу же, что им любопытно, а ничего не спрашивают. Правильно. Захочу, сам расскажу.
Так что мы вполне комфортно закончили ужин, после чего, нагруженные пакетами, сели в машину и поехали домой.
Девчонки разбежались по комнатам и обещали, как только я освобожусь, устроить показ нижнего белья. И я сразу же захотел освободиться. Но не дали.
Сначала прилетел Симуэль — весь такой воинственный. Я аж загляделся, честное слово! Потом прискакал Эндрей, держа бумаги с чуть размытыми надписями. Подозреваю, что это он их слюной залил, решая, что можно отжать у Лопухиных. Потом заявились Стеф с Авророй и бурно присоединились к обсуждению того, чего с них можно поиметь. В этом нам равных нет — как чего урвать, так мы первые тут стояли."
"Ну, и под занавес явился Лопухин в сопровождении своего нервно вздрагивающего сыночка, сурового на вид дядьки и десяти архимагов рода, которых на территорию поместья не пустили, оставив снаружи. А чего он вообще всех гвардейцев не прихватил? Война родов еще не началась, и мы никого убивать не собирались, если, конечно, сами не спровоцируют. Мы никогда не нарушали договоренностей, хотя все считали иначе. Но предъявить нам, кроме пустых слухов, ничего не могли и бесились от этого еще сильней.