Герой погибает в бою и оказывается в неведомом мире, где его одновременно ненавидят и молят о спасении. В этом мире противоречий и парадоксов ему предстоит выжить и разгадать загадку собственного существования, столкнувшись с силами, которые хотят его смерти и жизни одновременно.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Семь Нагибов на версту»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Герой погибает в бою и оказывается в неведомом мире, где его одновременно ненавидят и молят о спасении. В этом мире противоречий и парадоксов ему предстоит выжить и разгадать загадку собственного существования, столкнувшись с силами, которые хотят его смерти и жизни одновременно.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой погибает в бою и оказывается в неведомом мире, где его одновременно ненавидят и молят о спасении. В этом мире противоречий и парадоксов ему предстоит выжить и разгадать загадку собственного существования, столкнувшись с силами, которые хотят его смерти и жизни одновременно.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Семь Нагибов на версту» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Нет, не с того начал — надо открыть глаза. Напрягся так, что аж скулы свело — и вот уже вижу свет в конце тоннеля. Закрыл, попробовал еще раз, потом еще… И вот уже смог их раскрыть полностью. От яркого света пришлось зажмуриться, но спустя пару ударов сердца я смог поднять веки и увидеть интересную и бесячую картину — нет, меня не похитили, ну, или похитили, но точно не с целью выкупа!
Лежал я на своей постели, а сверху на мне самым наглым образом дрыхла голая эльфийка. Причем распласталась так, что зажала своими конечностями мои. Сбоку же притулилась такая же голая Марго, с не меньшей наглостью развалившаяся на моей относительно свободной руке. Ну, и в дополнение сверху, на самой голове лежала Рокси, правда, в одежде она или нет, я не видел.
Чертыхнувшись, матюкнувшись — про себя, потому как говорить я пока не мог, выбрался из-под кучи тел, наплевав на культуру общения. Осмотрелся — все голые, но, судя по отсутствию следов классовой борьбы, ничего между нами не было. Не зная, радоваться этому или огорчаться, я потопал в душ, где долго стоял, смывая с себя вчерашний день и восстанавливая в памяти по крупицам, что со мной было.
Абсолютных провалов у меня вроде не было, картина казалась ясной, как светлый день за окном. Мы хорошенько набрались, а потом пошли спать. Точней, это я пошел и лег, а эти приперлись чуть позже, с самыми развратными намерениями, решив воспользоваться моей добротой и невменяемым состоянием. Но ничего не получилось, потому как максимум, на что их хватило — это добраться до постели, после чего они вырубились.
Так что я первым пришел в себя — похмелье у Нагибиных быстро проходит, переоделся, посмотрел на время — до начала занятий еще часа два, рано встал. Порадовался этому факту и пошлепал на кухню в поисках съестного. Поиски увенчались успехом, потому как вчера больше пили, чем ели. Сытый завтрак на голодный желудок прошел на ура. Залакировав это все горячим чаем, я почувствовал мир во всем мире и даже перестал злиться на этих озабоченных самок.
Самое интересное, что я вовремя слинял, пока они не проснулись, и теперь фиг чего докажут. Не было меня с ними, и все тут. А то, что им спьяну привиделось — это их половые трудности.
После этого, насытив свой внутренний мир, я удобно расположился на лавке-качалке и уткнулся в планшет, на предмет новостей в мире.
Так-то у нас, как я и говорил, страна огромная, и в ней хватает шушеры, что пытается подгрести одеяла под себя. Тот же немецкий анклав, который постоянно что-то делит с французами. А китайцы с японцами. Корея мечется между ними, пытаясь выбрать правильную сторону. Индусы опять сцепились с персами на почве дележа каких-то земель, которые по факту никому из них не принадлежат.
