Крылья мощно сминали воздух, с каждым взмахом его бросало выше, потом ворвались в полосу тумана, не сразу Колоксай сообразил, что это и есть облака, не такие уж и плотные, как выглядят с земли!
Сперва в разрывах облаков впереди еще мелькало красное, затем туман сгустился, одежда отсырела, но конь шел ровно, словно чуял в облаках своего собрата. Колоксай повизгивал от восторга, а когда наконец под конскими копытами возникла бездна, между конем и землей версты пустоты, он все равно не взвыл, хотя сладкий ужас захлестнул с ног до головы.
Горы остались далеко за спиной, мелкие и незнакомые. Может быть, это были вообще другие горы. Зеленые долины попадались чаще, подминали редкие горные цепи. Все чаще виднелись крохотные домики, Колоксай различил небольшой городок, каменные башни, высокие стены, коричневые ниточки дорог.
Горы медленно уползали под конскими копытами, а впереди все стало зеленым, даже мелкие озера и то казались по краям зелеными. Колоксай смутно удивился, что в таком благодатном краю нет поселений, но крикнуть не смог, ветер рычал в ушах, срывал слова и уносил так далеко, что мог бы услышать их на обратном пути.
Конь Олега растопырил крылья, огромные и широкие, острые когти блестели под солнцем как ножи. Планируя, как гигантская летучая мышь, он медленно снижался, впереди разрасталась роскошная роща, Колоксай рассмотрел два маленьких озера, песчаный берег, песок блестит так, что глазам больно, красные и оранжевые цветы на кустах...
Вершинки деревьев под конскими копытами замелькали быстрее, выросли, Колоксай сжался, собрался в тугой ком, слева и справа замелькали уже не верхушки, а кроны. Коричневые стволы слились в серую стену, снизу ударило, тряхнуло, копыта застучали часто, но неровно. Конь то и дело взмывал в воздух, хрипел, трещали сухожилия, суставы, крылья гнулись, выдерживая напор ветра. Стук копыт стал ровнее, реже, конь вломился в стену высоких цветущих кустов, в ноздри ударил сильный аромат диковинных цветов, а сами цветы начали спешно ронять лепестки.
Олег в трех саженях соскочил с коня, хлопнул по крупу, и конь, как ни был измучен, отбежал и пошел вскачь, на ходу выбрасывая в стороны крылья. Колоксай соскользнул по горячему боку, тоже шлепнул, а когда конь брезгливо отодвинулся, невольно растопырил руки, хватаясь за воздух.
В глазах еще мелькали вершинки, сердце билось часто-часто, а голос прозвучал замученно:
— Где же твои яблоки?
— Ты же не хочешь, чтобы мы попали в руки стражам?
Колоксай мотнул головой, впервые не чувствовал в себе готовности рубить, прыгать на врага, сокрушать:
— Лучше бы обойтись. А что, близко?
— Лучше не шуметь, — сказал Олег. — Песни не горланить, кусты не ломать. Если поймают, шкуру сдерут.
— А ты, как волхв, пошепчи...