Только одна из девушек удивленно вскинула голову, остальные непонимающе смотрели на свою царицу.
Олег, незаметно подавшись назад, дал Колоксаю могучего пинка. Огромный витязь, проламывая кусты, как могучий тур, вылетел на открытое место. Девушки с визгом попятились, одна вовсе спряталась за свою госпожу.
Миш гордо вскинула голову, прекрасная настолько, что Колоксаю захотелось разрыдаться от восторга, разорвать свою грудь и бросить к ее ногам трепещущее любовью сердце.
— Кто ты, дерзкий?
Она не смутилась своей наготы, слишком величественная и прекрасная, чтобы стыдиться, ее темные глаза смотрели строго, в глубине зрачков уже начали разгораться гневные искорки.
Колоксай ощутил, как от ее чарующего голоса по его телу промчалась странная дрожь. Ноги одеревенели. Он с трудом заставил себя сделать несколько шагов и, остановившись перед ее светлым ликом, сказал хриплым от страсти и любви голосом:
— Я тот самый Колоксай, за которого ты только что поклялась выйти замуж.
В небе снова едва слышно прогремело. Одна из служанок, опомнившись, торопливо набросила на плечи хозяйки длинный цветной халат. Страшась незнакомца, она никак не решалась встать между ним и царицей, чтобы завязать шнурок на ее поясе, и Колоксай все не мог оторвать жадного взора от четырех(!!!) прекрасных грудей.
Миш удивленно распахнула нежный розовый ротик:
— Что?
— И никакие силы на свете, — сказал он еще более хриплым сдавленным голосом, — не заставят меня отказаться от тебя!
Кто-то из служанок вскрикнул, остальные смотрели испуганно и зачарованно. Колоксай опустился на колено. Теперь халат был туго запахнут, и его влюбленные глаза пожирали ее нечеловечески прекрасное лицо.
Она отшатнулась, в глазах появилась тревога. Олег вышел медленно из кустов, двигаясь осторожно, чтобы не напугать молодых девушек обликом двух крупных мужчин, налитых силой.
Его голос был мягок и виноват:
— Да, ты дала нерушимую клятву.
Ее лицо медленно покидала краска. Даже губы из розовых превратились в синие, в глазах мелькнула паника. Только сейчас начала понимать страшную цену своих неосторожных слов. На миг запрокинула лицо к небу, так вот какой клятве там гремело подтверждающе, ее темные, как спелые сливы, глаза метнули оранжевые молнии.
— Кто вы?
Колоксай все еще стоял на коленях, влюбленные глаза с рабской преданностью ловили ее взгляд. Олег развел руками:
— Ты узнаешь все. Но стоит ли вести разговор здесь?
Он не добавил, что она разговаривает уже с мужем, но Миш стегнула по нему таким огненным взглядом, что будь он в самом деле рожденным в городе волхвом... однако этот красноголовый зыркнул на служанок, все потупились, почесался и снова посмотрел на нее ожидающе.
Мертвым голосом она сказала:
— Да-да... Пожалуйте в дом... Ах, что я...