Автор
Опасное приключение ждет читателя в "Семеро Тайных". Встреча на равнинах с неумолимой снежной бурей приводит к поиску таинственного клада. Небесные замки и мерцание диковинных зверей создают уникальную атмосферу, в которой каждый персонаж может быть не тем, чем кажется на первый взгляд....
Россоха отвел взгляд в сторону. Неприятно, что тебя видят насквозь, но, похоже, они все думают об одном и том же. И Беркута тоже трясет, а говорит чересчур громко и напористо.
— Она недолго будет зеленой, — пробормотал он. — Но вряд ли этот станет ждать до наступления снега.
— А что он может?
— Кто знает. Мы знаем, что можем мы.
Беркут проговорил угрюмо:
— Ты хочешь сказать, что мы можем... не так уж и много?
Россоха сказал нехотя, никто не любит признаваться в неумении что-то делать:
— Мы соперничаем.
— Дикость, — бросил Короед ядовито.
Россоха смолчал, только кивнул за окно. Строгое лицо мага было выразительным, плечи зябко вздрогнули. По ту сторону защитного пузыря находится тот, что стоит в своей реке по колени, и, похоже, может черпать столько, сколько сумеет.
Беркут переходил от одного окна к другому, словно так скорее мог отыскать уязвимое место.
— Возможно, — сказал он скорее из упрямства, недостойного его возраста, — он просто умеет больше впитывать. Учение учением, но чтобы, скажем, петь, надо, чтобы голос, слух, луженая глотка... а герою нужны не только умение владеть мечом, но и высокий рост, широкие плечи, масса мышц...
Россоха бесцельно бродил по комнате, голову опустил, глаза шарили по каменным плитам так усердно, словно в них пряталось решение. Неожиданно спросил:
— А кто нам мешает узнать?
— Что? — не понял Беркут.
Спина Россохи медленно удалялась, видно было, как под ветхим халатом двигаются острые лопатки. Возле окна он на миг остановился, скользнул взглядом, и снова пошел мерить шагами комнату. Беркут фыркнул. Россоха вздрогнул, выходя из глубокой задумчивости:
— Что? А?.. А-а, я говорю, он ведь как раз и добивается поговорить с нами. В чем-то убедить.
— Додобивался, — буркнул Короед.
