Автор
Опасное приключение ждет читателя в "Семеро Тайных". Встреча на равнинах с неумолимой снежной бурей приводит к поиску таинственного клада. Небесные замки и мерцание диковинных зверей создают уникальную атмосферу, в которой каждый персонаж может быть не тем, чем кажется на первый взгляд....
Он и не пережил, ибо с каждым днем, как приближалась наша свадьба... твоя проклятая свадьба!.. он угасал от осознания своего бессилия, столь оскорбительного для мужчины!.. Это ты убил его!.. Но я, вчера став из княжны княгиней, попробовала изменить проклятую судьбу!..
— С помощью этой птицы? — бросил Крутогор насмешливо.
Ее глаза гордо блеснули.
— Да!.. У меня не было жениха на примете. У меня вообще не было мужчины, я проводила время за книгами, даже не за шитьем и пряжей, как мои сестры!.. И тогда я сама вспомнила.
Крутогор смерил презрительным взором фигуру Олега:
— Из него князь?
— Почему нет? — возразила она. — Так выбирали. И не только в нашем княжестве! Удачно выбирали. Но я сейчас выбирала не князя, а всего лишь мужа. Но... будь ты проклят, и будь проклят этот сокол, не страшившийся хватать пардусов аки зайцев... что всякий раз, выбрав этого человека, отпрыгивал как испуганная мышь!
Крутогор выпрямился в седле, рука уперлась в бок, княжеский двор со всем людом оглядел уже по-хозяйски:
— Ладно, все улажено.
Всадники разочарованно трогали мечи в ножнах, драки не будет, зато за плети хватались в охотку, выместить накопившуюся злость хотя бы на этого.
Олег сказал поспешно:
— Я рад, что все выяснилось. Но уберите плети!.. Я при чем, если это летало надо мной? Не село же...
Из-за спин княжны, теперь княгини, бояр и воеводы некстати высунулся возмущенный сокольничий.
— Ты говоришь о золотом соколе!
— Не село же... — повторил Олег тупо.
Ближайший всадник, не слушая, замахнулся плетью, Олег перехватил руку, дернул. Не ожидавший сопротивления воин свалился как куль, а Олег постарался, чтобы грохнулся оземь так, что железо на нем звякнуло и сплющилось.
Кто-то хохотнул, всадник с другой стороны замахнулся тоже. Олег ухватил другой рукой за кисть, сдавил. Во внезапной тишине все услышали слабый хруст. Олег тут же отступил, а всадник с перекошенным от боли лицом смотрел неверящими глазами на исковерканную кисть, что обильно окрасилась кровью, а острые косточки проткнули кожу:
— Он сломал... он сломал мне руку!
— Зато теперь никто не сломает шею, — поспешно утешил Олег. — Сиди себе на завалинке...
